Гермиона вспомнила, что только вчера выкинула увядший букет роз, которой стоял у нее в кабинете. Без привычных цветов все вокруг было пустым и излишне свежим, необжитым. Тому, похоже, тоже не нравилось это место — слишком прямая осанка и напряженные плечи.
— И что мне запрещается?
— Колдовать, естественно, летом нельзя, — мягко продолжила Гермиона и снова накинула Тому на плечи плед. Он совсем немного дрожал — скорее всего, после переключения подскочила температура. — Аппарировать, отходить дальше пяти миль от квартиры. Вступать в магические организации и создавать свои.
От последствий переключения не помогали зелья, а Том начал дрожать еще сильнее. Гермиона снова заварила ему чай и вложила чашку в горячие ладони.
— Извини, что напугали, — добавил Макс.
— Я не из пугливых, — ответил Том, сделав глоток чая. Его взгляд оставался таким же светлым, но совсем немного смягчился. Как будто он позволил себе расслабиться на пару мгновений. — Просто я идиот, что согласился на кота в мешке.
— Ты думаешь, что если бы ты отказался, то все бы на этом и кончилось? — спросил Макс и сел перед ним на корточки, немного поморщившись. Том отшатнулся и чуть не выронил чашку. — Ты правда думаешь, что смог бы перехитрить нас? Ладно, забудь, — вдруг добавил он, — сам все в книжках прочитаешь.
— Пара твоих подписей и будешь свободен, договорились?
Том рассматривал ее кабинет, хмурил черные брови и держал спину так прямо, словно проглотил палку.
— Я направила твои документы в Ильверморни, — сказала Гермиона и достала из сумочки ответ от директора. Том аккуратно взял его из ее рук, провел по бумаге большим пальцем и быстро прочитал. — Ты закончишь там два последних курса.
Том словно проснулся от ее слов и поставил свою подпись.
***
На столе в их доме стоял огромный букет розовых бегоний — Рон так часто покупал ей цветы, что она даже не замечала, когда они успевали вянуть.
— Тяжелый день? — спросил Рон. Перед ним на полу лежал блок питания компьютера Розы — видно, снова испортил его колдовством.
Гермиона на ходу сняла мантию и по привычке повесила на крючок. В их доме всегда приятно пахло цветами, от чего голова переставала болеть сама по себе.
— Временная петля и куча беготни. А еще — в пяти кварталах от нас Министерство поселило молодого Волдеморта.
Она села на софу и стянула ужасные черные туфли.
— Он пока ничего не выкинул? — с сомнением спросил Рон и отложил инструкцию. Рубашка с разноцветными драконами — подарок Гарри — очень ему шла. — По-моему, тащить в наш мир это чудовище было плохой идеей.
— Это чудовище всего лишь чуть не заблевало мне туфли, — ответила Гермиона. — За ним будет строгий контроль. Также, если он хоть заикнется о своих намерениях поработить вселенную или расколоть душу, мы узнаем быстрее, чем он закроет рот.
После работы она особенно любила рассматривать их гостиную: большой стол, на котором, рядом с букетом бегоний, стоял подсвечник со свечой, а ее огонь маленькой искоркой освещал комнату.
— Все равно это как-то… стремно, — изрек Рон. Искорка от свечи покачивалась где-то у него за плечом, а на лицо падал свет догорающего дня. — И мы подвергаем смертельной опасности нашу галактику ради… книжек? У нас нет доктора Стренджа, чтоб, если что, он спас всех нас!
Он тряхнул головой и заулыбался. Гермиона тоже улыбнулась — им всем иногда не хватало какого-то супергероя.
— Рон, мы круче любых докторов Стренджей, — ответила Гермиона и выпустила из волшебной палочки сноп искр.
— Я что-то не помню, чтобы Гарри во Второй магической договаривался с Дормамму!
— Рон Уизли! — воскликнула Гермиона и выпрямилась. — Это будет научный прорыв! Возможно, самый масштабный за всю историю магического мира! Если все получится, то у нас будет первый университет магии, — она немного помолчала, а потом добавила не без лукавства: — И если ради этого нам нужно присмотреть за подростком, то я согласна.
— Конечно, будет. И ты тогда убежишь к Рону Уизли из другого мира, который стал богатым и известным, — Рон поднялся, отряхнул колени и сел рядом на софу. Его рубашка, оказывается, еще и очень приятная на ощупь. Гермиона склонила голову ему на плечо. — А мы с Джорджем всю голову сломали, со вкусом чего придумать «Отвратительные шоколадки для отвратительных свиданий»…
И дальше они обсуждали самые мерзкие вкусы, которые только могли прийти в голову. Гермиона посмотрела на букет розовых бегоний на столе, на занавески, покачивающиеся от ветра, а потом — на Рона в рубашке с разноцветными драконами и расслабленно выдохнула впервые за день. Ничего больше не нужно контролировать.
***
Она прошла в его квартиру: очень чистую и маленькую, заставленную лишней мебелью. Том сидел на диване, склонившись над какой-то книгой.
— Здравствуйте, миссис Грейнджер, — сказал Том и встал, чтобы, похоже, поставить чайник. — Я, если честно, не очень разобрался, как этим всем пользоваться, — добавил он, выглянув из-за двери.
— А Макс?..
— У него дома газовая конфорка.
