– Поверить не могу, что говорю об этом. Ты заставляешь меня нервничать, понятно? Я не знаю, как умудриться нормально вести себя, когда ты рядом. А еще как ты выглядишь… Я продолжаю твердить себе, что смотрю на тебя как на популярного парня в классе, с которым все хотят дружить. Но это не совсем так, понимаешь? – я опускаю голову и обхватываю ладонями свое лицо. – Господи, мне пиздец.
А Кори сидит и улыбается, как придурок. Мне хотелось бы рассказать ему, что обычно я чувствую себя куда более мужественным и респектабельным, нежели сентиментальным идиотом, но, по-видимому, его и это устраивает.
– А когда я прикасаюсь к тебе… – он ведет указательным пальцем по внутренней стороне моего бедра, остановившись в миллиметре от стояка, прикрытого пижамными штанами, и я подпрыгиваю.
– Это неправильно. И это неправильные чувства. Мне нужно держаться от тебя подальше, потому что мне твои прикосновения могут слишком понравиться. Что мне тогда делать? – пока мои слова бесконтрольно вылетают, до меня, наверное, впервые доходит.
Мне
А Кори, кажется, в точности знает, как я себя чувствую, поэтому притягивает меня к себе и прижимает к своей обнаженной груди, и его тепло начинает перетекать в мое тело. Свободной рукой он гладит меня по бедру, руке и боку, посылая мурашки по коже.
– Все будет хорошо, док, – шепчет он, прижавшись губами к моим волосам. – Что бы ни случилось, ты не один. Я с тобой.
Мы сидим так довольно долгое время – смотрим телевизор, смеемся и пьем пиво.
Около девяти часов я встаю и направляюсь в спальню. От долгого неподвижного сидения все тело затекло. Я боялся, что если пошевелюсь, он перестанет меня обнимать.
– Останешься со мной? – я нервничаю, словно девственница на выпускном, и уверен, ему заметна дрожь в моем голосе.
– Черт, да, – он легко подскакивает с дивана и идет за мной в комнату. – Но я бы сходил в душ. У меня тут повсюду медсестра, знаешь ли.
– Ну да, на самом деле это предлог воспользоваться моим обалденным душем.
Посмеиваясь, он раздевается и включает воду, а у меня ощущение, будто я впервые вижу его голым. Хорошо, что я в штанах, иначе моя чрезмерная реакция была бы на виду.
Стараюсь не подглядывать, как он принимает душ. Его тело угловатое и резко очерченное во всех нужных местах, а вода с мыльной пеной чувственно стекает ручейками по ягодицам и бедрам. Когда стекло душевой запотевает настолько, что становится виден только смутный силуэт, я иду к стерео-системе найти что-нибудь приятное. Этому вечеру подойдет классика рока, так что ставлю плейлист 70-х и жду на кровати под Led Zeppelin, пока Кори в одном полотенце на падает рядом.
Я вдыхаю свежий древесный аромат дорогого геля для душа, на который давно подсел и без которого жить не могу.
– М-м-м… Мой гель вкусно пахнет на тебе.
– Ага, а мне нравится пахнуть, как ты, – застенчиво улыбается он, глядя на меня своими голубыми глазами из-под длинных ресниц. Мне знаком этот взгляд, и всякий раз, когда он так смотрит на меня, в паху становится горячо.
Накрывшись одеялом до пояса, он снимает под ним свое полотенце, после чего, демонстративно держа двумя пальцами, роняет его на пол.
– Это сводит тебя с ума, мистер Чистюля?
– Хм… Не по той причине, как ты думаешь, – я снимаю под одеялом свои пижамные штаны и бросаю их на ковер со своей стороны кровати. Выражение его лица стоит учиненного беспорядка.
– Это означает, я тебе нравлюсь, док?
– Нравишься? – сбрасываю с нас одеяло, и мы становимся полностью обнажены друг перед другом. Я сажусь на него сверху, и от тепла его только вымытой кожи мои яйца сжимаются. – Слабо сказано.
Чувствую себя сейчас настолько обезумевшим от желания, что нестройный хор сомнений, что звучал в моей голове все эти дни, замолкает. Я наклоняюсь и захватываю его губы в поцелуе, хочу съесть его целиком, хочу его вкус на своем языке.
Когда я наконец даю ему вдохнуть, он расплывается в улыбке и скрещивает руки за головой.
– Черт, ты удивил меня. А почему так долго тянул?
Он дергает бедрами, от чего я снова падаю на него, и новый поцелуй становится долгим и сумасшедшим. Мои руки гуляют по его телу, изучают и запоминают каждый сантиметр.
Мой полностью вставший член зажат между нашими телами, а наши безумные движения почти доводят до финиша. Внезапно я осознаю, что и он тоже на грани. Он огромный и дразнит расщелину между ягодиц. Протянув руку себе за спину, я впервые прикасаюсь к нему, наслаждаясь его тяжестью и шелковистой кожей.
Кори тяжело дышит.
– Бен… Будь уверен, ладно? Назад пути не будет.
Я нежно поглаживаю его, и он, скрипнув зубами, крепко зажмуривается.
– Как сильно ты хочешь меня? – спрашиваю я, протянув вторую руку за спину обхватить его яйца.
– С момента нашего знакомства я не мог думать ни о чем и ни о ком другом.
Наклонившись, я целую его, стараясь в поцелуе передать всю страсть, что чувствую к нему.
