Кори заварил чай, макая пакетики в наполовину заполненный сладкой горячей водой кувшин, а потом оставшееся пространство заполнив льдом. Когда закончил, он выглядел таким гордым собой, как старшеклассник с арт-проектом.
– Поверить не могу, что это так просто. А будет вкусно?
– Как у бабушки-южанки, точно тебе говорю. Теперь, чтобы стать тут своим, тебе осталось научиться шить лоскутное одеяло и печь персиковый пирог.
Пока шел в домик у бассейна, чтобы принять душ и переодеться, он сиял от гордости. У себя в ванной я делаю то же самое, и мы встречаемся в гостиной, когда звонят в дверь. Поскольку гости – это его семья, я позволил Кори ее открыть, сам стоя позади.
– Тетя Дениз, дядя Дэниел… Ну ничего себе…
Я выглядываю из-за него, чтобы понять, что его так удивило. Его тетя одета в воскресное голубое платье, а дядя в черный плотный рабочий комбинезон и в руках у него большая корзина от местного производителя джемов и соусов. Позади него стоит худощавый парень в красной футболке, джинсах и винтажных кроссовках «Адидас». Его длинные светлые волосы спадают на один глаз.
Кори и странный парень делают то, что я называю приветствием для своих: стукнувшись правыми коленками и лодыжками и одновременно пожимая руки.
– Алистер. Обалдеть… Что… Что ты тут делаешь?
Дениз запинается:
– М-м, Кори… Вчера вечером звонил Алистер и искал тебя. Я сказала, что не живешь у нас, а адрес дал только для оформления документов в больнице.
Алистер перебивает ее с писклявым хихиканьем.
– Ты же знал, что я не успокоюсь, пока не найду тебя. Так что я отправился к твоей тете и ехал за ней всю дорогу сюда. Сюрприз!
– Ну да, – Кори выглядит сбитым с толку. – Сюрприз!
Я обхожу Кори, чтобы поприветствовать гостей.
– Давайте заходите все. На улице холодно, а у нас в гостиной камин.
– Спасибо, доктор Харди, – Дениз идет мимо Кори за мной в прихожую. – У вас прекрасный дом, доктор Харди, – она крутится в прихожей и ахает, разглядывая на люстру.
– Дениз, пожалуйста, зовите меня Бен. Я доктор Харди только на работе.
Она хихикает и ведет себя совсем иначе, нежели в больнице.
– Это мой муж Дэниел. У него фруктовый ларек на 440-м шоссе.
– Думаю, я узнал вас, – говорю я и пожимаю ему руку. – Пару раз что-то покупал.
– Да, я тоже вас видел, доктор Харди… Бен. На будущее буду оставлять что-нибудь для вас.
– Это было бы замечательно, Дэниел. Спасибо, – я вешаю их пальто в шкаф и провожу в гостиную. Дениз и Алистер наклоняются над камином потирая озябшие руки. А Дэниел усаживается на диван в типичной позе южанина – широко расставив ноги и сложив ладони под нагрудным карманом комбинезона. Эти старые, как мир, повадки всегда меня интриговали.
Кори не говорит ни слова, поэтому я зову его на кухню помочь принести бокалы. Как только мы оказываемся за пределами слышимости, я кладу ему руку на плечо.
– Ты стесняешься своей семьи здесь?
– Есть немного, – терпеть не могу видеть его напряженность, обычно он такой непринужденный.
– Тогда давай расслабляйся. Мне нужно начинать привыкать к празднествам, чтобы устроить потом тут новогоднюю вечеринку.
Его лицо светится, и я рад быть причиной.
– Правда, Бен? Это будет невероятно круто!
– Так что давай практиковаться. Если будешь шастать по нашей вечеринке с такой же кислой миной, все разбегутся.
– Заткнись, – он шутливо бьет меня по руке. – Ладно, давай нальем гостям вина.
У камина идет непринужденная беседа. Гости Кори явно не привыкли пить вино из бокалов. Они стараются выглядеть изысканно, отставляют мизинцы и все такое. Я никогда не видел у Дениз настолько подчеркнуто прямой осанки. Это почти смешно, но думаю, я и сам мню из себя кого-то. Не знаю, зачем, но я хочу произвести впечатление на присутствующих.
По манерам этого Алистера я – правда при своей неопытности – отнес бы к членам преступной банды, но в таких вопросах совсем не разбираюсь. В Блэквуде я привык к тихой спокойной жизни. Большинство городских проблем до нас не доходят, хотя тут свои странности и пороки, просто другого рода. Вместо грабежей магазинов, стрельбы и дебошей у нас внутренние беспорядки, несчастные случаи на охоте и просто слишком шумные пивные вечеринки у кого-нибудь на заднем дворе.
– Так что, в какую передрягу ты попал на этот раз, Кори? – с самодовольной ухмылкой на лице интересуется Алистер, но Кори не улыбается в ответ.
– Ни в какую, и уже давно. Я теперь работаю в скорой помощи, ты же знаешь.
– Ага, я просто прикалываюсь, мужик. Веселиться-то тебе не запрещено, надеюсь? Почему бы тебе не прийти ко мне в номер, и я напомню тебе, как оно бывает.
Так, тут явно есть подтекст, который мне не нравится. Мое шестое чувство меня редко подводит.
– Думаю, можно. Ты в каком отеле?
– А почему бы тебе не остаться здесь? – слышу я собственный голос. – Зачем платить за паршивую гостиницу, когда у меня есть отличный домик у бассейна, который давно пустует.
