Джули подключает капельницу.
– «Наркан» введен.
Дышать становится чуть легче.
– Надеюсь, этого будет достаточно, и нам не придется ее вентилировать. Где ее мать?
– Она доигралась, – отвечает Кори. – Опоссум сопроводил ее в тюрьму. Надеюсь, она останется там, пока не умрет от старости.
– Эта дамочка сумасшедшая, – своим глубоким голос говорит Майк. – Кори сказал, что вы планировали позвонить в службу опеки и забрать у нее ребенка.
– Видимо, мы ждали слишком долго.
– Не знаю, док, – когда Майк называет меня так же, как и Кори, я от этого съеживаюсь. – Нельзя всегда все делать правильно. И всегда кажется, что у нас больше времени, чем есть на самом деле. И это касается всего.
И он прав. Мы не можем бросаться очертя голову исправлять каждую мелочь, иначе быстро перегорим. Большинство ситуаций, как правило, решаются сами собой, без вмешательств, и часто мы понятия не имеем, какие из них реально опасные. Это как лотерея – девочку почти на равных могло ждать счастливое детство без происшествий и передозировка наркотиков, или что еще хуже. И никакие тревожные признаки не сработают. Я лично видел, как от огнестрельной раны умер сын юриста, занимающегося законом об ограничении ношения и покупки оружия, в то время как дети большинства охотников умирают от старости. В конечном счете дело не в признаках, а в везении.
Но все равно чувствую себя дерьмово. Я должен был сделать хоть что-то.
– Сколько она приняла? Кто-нибудь знает? – спрашиваю я, проверяя зрачки девочки, дыхание и сердце.
– Повезло, что это был новый рецепт. Не для матери правда. Не знаю, откуда она взяла таблетки, но там не хватало шести штук, а две из них приняла мать. Так что не больше четырех.
– Хорошо. Когда «Наркан» подействует, думаю, она будет в безопасности. Мы можем оставить ее здесь – слава богу, потому что я не хочу выпускать ее из вида. Еще пара таблеток, и пришлось бы везти в интенсивную терапию в окружную больницу.
***
К утру я словно выжатый лимон. К счастью, все остальные вызовы этой ночью были не страшными, и в целом это была спокойная ночь. Большую часть времени я провел в палате Тайлиа, наблюдая за ней. Ужасно, что у нее нет никого, кто бы навестил ее, но все медсестры просто помешались на ней, так что уверен, они позаботятся о ней днем, когда я буду спать.
Кори тоже большую часть времени провел в ее палате. Она вела себя сдержанно со мной, но зато от него явно без ума. Он сел на кровать и положил ее голову себе на грудь, пока мы смотрели старые вестерны пятидесятых. Не думаю, что Майк был против провести время одному в комнате отдыха скорой в свою первую ночь. За смену они выехали на вызов всего раз, так что он либо спал, либо лазал по порносайтам.
– Устал, да? – обеспокоенно спрашивает Кори, когда мы въезжаем ко мне в гараж и потом вяло тащимся по лестнице.
– Ага, хочется проспать весь день. Можешь заняться, чем хочешь. Все мое – твое, ладно? – еле стащив с себя одежду, я падаю на кровать и, взяв пульт, закрываю шторы. Прохлада простыней и темнота сразу же успокаивают.
– Все, что я сейчас хочу, – это лечь рядом с тобой и поспать. Можно?
– Конечно, – зевнув, я поворачиваюсь к нему спиной. – Только я сейчас так себе компания.
Какое-то время Кори молчит, но когда я уже начал засыпать, он не дает мне заснуть вопросом:
– Бен, можно задать тебе личный вопрос?
– О господи. Ну что еще?
– Ты сильно расстроен?
Я вздыхаю, мечтая, чтобы он не трогал это. И желая, чтобы он оставил меня в покое.
– Иногда у меня просто плохое настроение. А сейчас я сильно устал, понимаешь?
– Понимаю. Приятных снов.
Кори придвигается ближе, едва касаясь меня, но это ощущается дискомфортно – как синдром беспокойных ног. Мне не приятно, когда ко мне в таком состоянии прикасаются. И хочу отстраниться от него, но не хочу огорчать, поэтому стараюсь игнорировать желание содрогнуться. Все равно скоро усну.
***
Где-то в полдень я просыпаюсь от смеха. Мне слышен голос Кори и чей-то женский. Пошатываясь спросонок, вхожу в гостиную и вижу сидящих на диване и оживленно болтающих Кори и Элли.
– Я пропустил вечеринку?
Они оба вздрагивают и смотрят в мою сторону.
– Привет, Бен, – Элли вскакивает с дивана и подбегает обнять меня. – Рада тебя видеть. Надеюсь, ты не возражаешь, что этот юноша составил мне компанию, пока ты отдыхаешь. Он мне тут все показал, и хочу признаться: у тебя потрясающий дом. Ощущение, что я на страницах журнала.
– Спасибо, – отвечаю я и перевожу взгляд на Кори, который выглядит немного обеспокоенным, будто не знает, как я отреагирую на появление гостьи. – Кори, у вас тут все в порядке? Нужно чего-нибудь? Извините, я долго проспал.
Он встает и идет ко мне.
– Не переживай. Ты устал как собака. Как ты себя чувствуешь?
– Лучше, – почесывая голову, отвечаю я. – У меня немножко тыква разболелась, пришлось это дело заспать.
Элли начинает истерически хохотать, а Кори недоуменно таращится на меня.
– И что это означает?
