Чувствуя в груди холодок от принятого решения, от мыслей, и того, что делает, она скинула последнее полученное изображение себе на телефон, а с компьютера, наоборот, все удалила и подчистила, чтобы не осталось никаких следов. Медленно, но уверенно она продвигалась к намеченной цели, это и радовало, и опьяняло немного, и, конечно, придавало чувствам легкий аромат ужаса. Да не легкий, прямо можно сказать, вполне ощутимый душок. Игры со смертью — они такие, игры, не на каждый день. Неизвестно, какое у искушения послевкусие, но на текущий момент все другие запахи эта забава отбивает. Да. Горький миндаль, вот что, если брать аналогию. Горько так, что разум отшибает, но легко привыкнуть и подсесть.
После, закурив, она сидела в тишине и одиночестве, вытянув и скрестив под столом ноги, сложив руки на груди. Она держала сигарету в тонких пальцах перед лицом и отводила ее в сторону всякий раз, чтобы выпустить в пустое пространство перед собой дым из легких, и холодно, методично обдумывала, как ей поступить с Генри. Он был ей нужен. Ей необходима была его помощь. Собственно, для него у нее имелась специальная роль, без выполнения которой трудно было рассчитывать на успех. Кроме того, что немаловажно, она просто хотела забрать его отсюда, увести, спасти — как угодно, только бы он не оставался лишней минуты под властью и влиянием Пыри, этого злодейского гения. Не для себя она хотела его сохранить, вовсе нет. Ну, хорошо, может быть, да, может быть, хотя все же — вряд ли. Она предполагала, она видела, проницала для Генри совсем другую миссию. Но для этого — для начала — ей надо было полностью перетянуть парня на свою сторону. И она, пожалуй, знала, как это сделать. Во всяком случае, стоило попробовать.
Старое доброе соблазнение.
У женщин ведь недаром имеется особое оружие, практически безотказное, которое они в нужный момент всегда могут обнажить. Такой каламбур получился. Типа того, ха-ха.
Если учесть, что он и так запал на нее, и не отходит от окна душевой, и почти не скрывает своего — не будем называть это пороком — интереса, соблазнить его будет не так уж трудно. Надо всего лишь легализовать его увлечение, перевести из области тайных и болезненных переживаний в сферу реальности, прямо проговариваемой и достижимой. Показать чуть больше, пообещать еще больше, все, но в будущем. Единственная сложность, которая ей виделась, это перекрыть, пересилить влияние на него Пыри, которое уже есть и никуда не делось. С этим возможны проблемы, но есть надежда, есть, что и в этом случае любовь — будущая, и вожделение — нынешнее, окажутся мощней тупой принуждающей силы.
Легкая улыбка коснулась ее губ. Лимбо почувствовала себя немного Матой Хари. Или кем? Танцевать, во всяком случае, она не собиралась. Хотя, конечно, если можно было бы отделаться только танцем живота — сплясала бы, в восточном стиле.
Она допоздна засиделась в аппаратной, за компьютером, даже посмотрела старый боевик с Джейсоном Стэтхэмом, чего давно не делала, а после еще повалялась на кровати в комнате, втыкая в телефоне. Тянула время. Тут ее заинтересовала одна вещь. Ведь она отсутствовала уже сколько? Больше недели. И за это время, если судить по почте, которую она имела возможность проверять даже здесь, ее никто не искал. То есть — совсем. Она словно выпала из той реальности, и место, которое она занимала, конкретно подчистили, не оставив никаких следов, ни в памяти тех, кто ее знал, ни материальных. Даже блог ее заглох, точно это не раскрученная медиа точка, а страница-однодневка, на которую никто не обращает внимания. Она, кстати, и сама перестала писать туда, но у нее хоть уважительная причина имеется, она, блин, в лесу находится. Зато подписчики ее удовлетворились последним сообщением, что, мол, уезжаю, до скорой встречи, чмоки-чмоки, и не оставили с тех пор ни единого тревожного коммента. Хотя раньше, стоило замолчать на полдня, тут же слали возмущенные письма Странно, не правда ли? На этот счет имелись два объяснения. Либо она действительно вывалилась из реальности и затерялась невесть где, в чужой безразмерности, что, согласитесь, маловероятно, либо… Либо это матрица позаботилась обо всем. На каком варианте ей остановиться? Эй, у кого-то есть соображения?
В душевую Лимбо вошла, когда синева за окном достигла концентрации черного. Она сразу поняла — по взведенному положению коробки на окне, — что клиент давно на месте, а по вполне ощутимому напряжению сексуального поля, потрескивавшего разрядами и пробивавшегося сполохами, что и вполне созрел. Ну что ж, сказала она себе, приступим. Не спеша и благословясь.
Она развязала поясок, медленно сняла халат и повесила его на вешалку. Стараясь держаться к окну спиной, включила воду и встала под душ. Хоть воды, подумала, вволю, можно не экономить. Вот, кстати, да, воду она беречь не намерена. Хотя, может, и следовало бы. Откуда они ее берут? Качают из скважины? Ну, это забота Пыри. И Генри. Генри…
