Капио посмотрел прямо в его глаза и ответил: «Сам держи!» Потом невольно перевёл злорадный взгляд на обрубок его руки. Занервничав от того, что перегнул палку, Капио лихорадочно втащил вёсла и с силой сбросил якорь. В глазах же Диррана читалась растерянность. Всегда обладавший непререкаемой властью, привыкший к безропотному послушанию и даже трепету перед ним, он впервые, столкнувшись с такой дерзостью со стороны сына, выглядел обескураженным. Для него это был настоящий бунт на корабле. Сверкнув глазами, он поднес к горлу бутылку и жадно выпил, не сводя пугающего взгляда с сына. Капио был взволнован, но почувствовал, что в эту минуту совсем не испытывает страха. Озеро придавало ему уверенности и силы. Стараясь скрыть свои эмоции, он безразличным видом стал перебирать снасти, осознавая, что это поворотный момент в его жизни. Точка невозврата. Понимая, что теперь все изменится, Капио собрался с силами и принял решение: что бы ни ожидало его впереди, он готов ко всему!
– На что нынче ловят? – неожиданно поинтересовался Дирран.
– На сверчка.
– И как, клюёт?
– Так себе, не особо.
– В следующий раз бери гусениц. Вон на тех тополях их полно.
Тем временем жаркое солнце скрылось за тучами. Небо незаметно посерело. Капио бросил удочки и закрепил их на лодке. Отец внимательно осматривал окрестности, время от времени «прикладываясь» к бутылке. В один момент, допив все до дна, он неожиданно разбил бутылку о борт, что-то вскрикнул, схватился за голову и, сильно сдавив ее, прорычал.
– Вот здесь он этот бес сидит и за ниточки дергает. И бороться с ним бесполезно, понимаешь, никак!
– Видно, ты уже «готов». Ты не устаешь от таких выходок?
– Ха-ха-ха! Ха-ха-ха-ха-ха! – вдруг залился Дирран сардоническим хохотом. – Не делай вид, будто я не знаю, что и в тебе живет такой же бес. Есть он в тебе, есть, сидит, только ждет своего часа.
– Я не ты, и я точно не пойду по твоим стопам.
– Все движется по одному и тому же кругу, дружок. Дети повторяют родителей, а тех повторяют их дети, так было и так будет до конца времён. Все идёт по кругу. Недаром он – священен.
Капио повернулся к воде, показывая своё равнодушие к этой пьяной болтовне с претензией на философскую мысль. Но отец не унимался.
– Я, может, и пьян, но я знаю, что говорю.
– Да откуда тебе знать, каким я буду!
– «Каким я буду», не будешь, а уже есть. Вон, смотрю на тебя и вижу себя прежнего. Я ж предупредить хочу тебя, дурака… Хотя, от себя не убежишь.
«Это бред! Я не ты и никогда не буду таким, как ты!» – повторял про себя Капио. Дирран, сощурив глаза, расплылся в кривой пьяной ухмылке, глядя на сына.
– Да, знаю, дрянь я. А ты думаешь, я сам выбрал себе такую дорогу? Все за меня решили! И сам Гоб не может мне помочь. Даже он, понимаешь? Не дал он мне покоя в этой жизни. С самого начала отвернулся от меня. А за что, вот скажи? За какие такие грехи? – сказал отец, затем его глаза вытаращились, а ехидное лицо превратилось в злобную гримасу, и он дико закричал: – Кажись, бесы-то посильнее будут! А? Ха-ха-ха!
Капио был привыкший к отцовским бредням и всяким его эксцентричным «штукам», но теперь это был самый отборный, несусветный вздор, граничащий с галлюцинациями, каких он от него ещё не видел. Ему стало жутко не по себе.
– Отец! – прокричал в ответ Капио, но тот уже не слышал его.
Глаза Диррана сделались безумными, он вскочил с места и диким голосом заревел, обращаясь к небу.
– Чтоб ты был проклят! Будь ты проклят!
– Отец! Успокойся! Прошу тебя. – Капио вскочил за ним следом, пытаясь перекричать его умоляющим голосом.
– Кто ты?! – в исступлении посмотрел на него Дирран.
– Это же я! Что с тобой? Смотри, это я. Спокойно, папа… давай присядем…, – лодка стала сильно раскачиваться, и они оба с трудом держались на ногах.
В пылу происходящего Капио не заметил, как вовсю задул порывистый ветер, небо заволокло густыми серыми тучами, а озеро вспенилось. Мельком он заметил, что обе удочки перегнулись от натяжения и концами ушли в воду, однако уже было совсем не до них. Он ухватился за руку и отросток руки отца и, умоляя всеми ласковыми словами, пытался усмирить его.
– Все хорошо, отец… Я с тобой. Держись за меня, и мы сядем…
– Капио, сынок, это ты?
– Да, пап, это я. Все хорошо.
– Кто там? – прошептал отец.
– Папа, присядь, я прошу тебя, – продолжал успокаивать сын.
Дирран с безумным и потерянным видом смотрел, будто сквозь него.
– Кто это там?
– Там никого нет, тебе видится, отец. Тебе надо отдохнуть.
– Нет, там кто-то есть! Вон он что-то кричит и показывает мне, Капио, сынок…
– Ах, отец! Что с тобой происходит?! – чуть ли не плакал в отчаянии сын.
Дирран оттолкнул его с пути, шагнул на корму лодки и закричал, с трудом удерживая равновесие.
– Вот он я! Здесь! Спаси меня! Я здесь, мой спаситель!