Капио увидел двухэтажный особняк средних размеров, выполненный «под дерево», с витражными окнами, одной длинной лоджией наверху и ведущей к ней наружной лестницей. Прямо перед домом переливаясь под ярким солнцем всеми цветами лазури, сверкал бассейн. По периметру двора в кадках торчали карликовые кипарисы.
– Конечно, полная безвкусица, но дом новый и со всеми делами. По этой улице полсотни домов точно такого же типа, и, судя по агентству, у всех один хозяин. Неплохой бизнес, учитывая стоимость аренды.
– Так ты его арендуешь?
– Пока да. Зайдём? А то можно зажариться.
Со двора они сразу же попали в большую, хорошо кондиционируемую лаундж-зону, с зашторенными окнами и приглушённым светом.
– Располагайся, Кап, – Рэм открыл холодильник. – Что предпочитаешь: вода, натуральный сок, газировка, или что-то крепче?
– Газировки, самой холодной.
Рэм подкинул баночку и плюхнулся на диван, напротив. Между ними на журнальном столике аккуратным веером разложены выпуски журналов 30, 40- и даже 50-летней давности. Капио с машинальным любопытством взял один в руки.
– «The Lancet», знаковые номера. Раритет, – пояснил Рэм.
– «Ланцет» – знакомое название. Но не думал, что медицина тебя интересует.
– Это не мои, моего коллеги. Для него эти выпуски – все равно, что мой «сакральный» Intel Pentium 96 года.
– Доктора Керна?
– О, я упоминал его раньше?
– Да, говорил. Но почему коллеги?
– «Почему коллеги?» – переспросил Рем.
– Я понимаю, он связан с медициной. Ты – специалист по цифровым технологиям. Где у вас соприкосновение? Или что-то я не вкуриваю? – в отличие от прошлого раза Капио пытался говорить и держаться непринужденно даже немного развязно, что было для него неестественно.
– Ах, ты об этом. Две сферы давно тесно переплетены, друг мой. По крайней мере, там, – Рэм указал головой в сторону, что, вероятно, означало «где-то за границей».
– Понял. Похоже, я отстал от жизни «там».
– Все в порядке, учитывая, что этим занимаются не так много людей. А точнее, совсем узкий круг специалистов узкого профиля, извиняюсь за каламбур. Доктор Керн относится к таким. Я в этой теме только потому, что случайно встретил его на одной конференции и задал свой вопрос. Так мы и познакомились. Это действительно было большим везением, привлечь внимание профессора микробиолога и хирурга такого уровня, иконы нейрохирургии. Его научные статьи и хирургические методы публиковались в том же «Ланцет».
– Полагаю, вы познакомились на конференции по нейрохирургии?
– Да
– Ок. Чем дальше, тем меньше я, кажется, начинаю понимать.
– Как раз, поэтому ты здесь. Лучше один раз увидеть, как говорится.
– Увидеть что?
– То, чем мы с профессором занимаемся. Проект или, вернее, его идея, возникшая в результате нашего сотрудничества.
– Ну вот, сквозь вуаль загадочных формулировок мы, наконец, подошли к сути дела. Что ж я готов.
– Меня радует твоя готовность. Тогда сразу к делу? Пошли?
Капио последовал за своим другом. Пройдя сквозь сложный лабиринт помещений, они добрались до библиотеки и встретили книжный шкаф.
– Было бы удивительно, если бы оказалось, что программист хранит свои секреты в книгах, – подшучивал Капио.
– Именно. И даже более точно – вот в этой, – ответил Рэм, прикасаясь к одной из книг. Шкаф мягко и беззвучно сдвинулся, открывая скрытую дверь.
– Я уже в шоке, – усмехнулся Капио. – Куда мы направляемся? Я ожидал увидеть видео, слайды или что-то подобное, но никак не бункер, – добавил он, спускаясь в подвал по лестнице.
– У меня была такая идея, но доктор Керн настоятельно рекомендовал не делать этого пока. Не потому, что он не любит, когда его снимают в лаборатории, а из-за опасений по поводу утечки информации. Сейчас ты встретишься с ним лично.
– И так, ты собираешься связаться с ним через зашифрованную линию или что-то в этом роде? – спросил Капио, пытаясь понять происходящее.
– Терпение, Кап. Я представлю вам друг друга. Он здесь, внизу. Вживую.
– Как!? Он здесь?
Капио прошел оставшийся короткий путь в состоянии немого шока. Они вошли в ярко освещенное помещение, «выбеленное» сверху донизу. Светодиодные лампы осветили комнату после продолжительной темноты. Первым, что бросилось в глаза Капио, был рабочий «островок» из нескольких столов в центре комнаты. Здесь стеклянные сосуды и колбы соседствовали с мониторами и кучей цифровой аппаратуры. Среди всего этого месива трубки и кабели переплетались между приборами. Воздух наполнился звуками многотональных цифровых сигналов. Капио ощутил холод, и немного съежился.
– Ciao professore!
– Он итальянец?
– Да. Signor Kern? – повторил Рем.
– Si, – послышался короткий и сухой ответ. Из-за приборов появился высокий и худощавый мужчина в бирюзовой спецодежде, создавая довольно комичное впечатление: на его очках и полностью облысевшей гладкой голове отражались блики ламп и световых диодов. Они приблизились друг к другу. При встрече с гостем у профессора, весьма строгого на вид, казалось, не было никаких эмоций, а лицо выражало лишь равнодушие. Капио протянул руку, но профессор поприветствовал его одним уважительным кивком.
– Scusa, abitudine professionale.