видимому, болезнь достигла стадии 2B, что позволило определить, какой тип химиотерапии
применять и как долго. Но почему, например, лечение начинают на следующей неделе, а не в ту же
минуту?
Папа мгновенно воспользовался неизменной фразой из Гамлета ―Быть или не быть»7. Его
лицо было каменным, когда он это сказал, но Ава и я все равно смеялись. Мама не смеялась.
Иногда я сажусь с ним за компьютер, чтобы мы могли попытаться разобраться вместе. Эта стадия
7 «To be or not to be» звучит как «2B or not 2B».
показывает, насколько распространилась болезнь. Кажется, вторая стадия хуже, чем первая, но
гораздо лучше, чем третья или четвертая. Буква B, говорит о том, что Ава потеет ночью. У них для
этого есть буква, а у нас стиральная машина. Неважно.
Стадия 2Б. Для меня это звучит как место проведения музыкального фестиваля8. Я
вглядываюсь в экран отцовского компьютера в тот вечер, а слова кружатся у меня в голове, пока не
перестают что-то значить.
Наверно, Ава права, что последнее назначение – обычное дело. Когда мы попали в
больницу в субботу, все было совершенно по-другому. Ава теперь отлично знает, как куда пройти
по блестящим коридорам, и у медсестры занимает всего несколько секунд проверить линию
Хикмана и убедиться, что с местом ввода трубки все в порядке. Все готово к понедельнику, когда
ей введут первую порцию спасительных химикатов. Вот и всѐ. Мы всѐ сделали.
Снаружи небо всѐ ещѐ неправильное: синее и безоблачное. Дождя не было три недели. В
городе какая-то средиземноморская атмосфера, и улицы заполнены загорелыми ногами и
улыбающимися лицами.
– Пошли – говорит она. – Давай пойдѐм погуляем. Мы могли бы заглянуть в Британский
музей.
– Мы могли бы...
– Шучу. Есть несколько хорошеньких магазинчиков на Тоттенхэм-корт-роуд. Можем
прогуляться до Оксфорд-стрит.
Этот район города Авы, не мой. Я, как правило, иду туда, где есть сады и деревья,
например в Кью9, или в художественные галереи, как на Трафальгарской площади. Но приятно
бродить с Авой по городу под летним солнцем, смотря на витрины. В конце концов, стало так
жарко, что мы решили прогуляться по одной из боковых улиц, где есть тень.
Я восхищаюсь выбором французской выпечки в витрине пекарни, съедобным
совершенством, разложенным по цветам радуги, как вдруг Ава останавливается как вкопанная и
хватает меня.
– О, Боже мой!
Она показывает через дорогу. Мы стоим напротив уродливого дома. Простые кирпичные
стены. Небольшие окна. Ни одного магазина. Два человека с айфонами обмениваются сигаретами.
– Что?
– Видишь логотип?
Над обычной входной дверью висит знак: зубчатая черная М внутри бледно-голубой C. Ава
узнала его из сайта, который я ей показывала. Я помню его по визитной карточке Симона и из
«Мари Клер»: Модел Сити.
– Ты знаешь, мы можем просто войти, – говорит она.
Внезапно мне становится холодно. Я не знала, что у меня такое бывает, но видимо бывает.
– Нет, не можем.
– Мы здесь, Tи. Ты никогда не подавала ту анкету. Почему бы тебе просто не войти и не
спросить их?
Моя сестра сумасшедшая.
– И тогда они смогут высказать всѐ мне в лицо, – указываю я – ты, должно быть, шутишь.
– Они могут высказать, – говорит она, настаивая на своем, – за исключением одного из их
скаутов, который сказал, что ты выглядишь поразительно.
Она помнит точное слово. Поразительная. Единственное, что я понимаю: я мерзну,
несмотря на солнце. У меня мурашки по коже.
– Я иду домой.
Но Ава все ещѐ держит меня за руку.
– Пожалуйста? Для меня? Ты сказала, что попробуешь, Ти, помнишь?
Образ Дина Дэниэлза быстро проносится у меня перед глазами. Не очень хороший образ.
Но это было бы так классно, сказать ему, что я модель. Ава чувствует моѐ сомнение.
8 Стадия (stage), также означает сцена.
9 Королевский Ботанический сад.
– Послушай, мы просто войдѐм и спросим, есть ли у тебя потенциал. Мы будем ссылаться
на того скаута и останемся на пять минут, хорошо? Потом мы пойдѐм домой. И я обещаю, что не
буду больше к тебе с этим приставать.
– Обещаешь?
– Обещаю.
С тех пор, как Ава узнала диагноз, я могла бы поклясться, еѐ психика стала неустойчивой.
В еѐ глазах опасный блеск. Это как, если она уже услышала худшее, то теперь могут случиться
только хорошие вещи. Надеюсь, в еѐ случае – это правда, но я уверена, что плохие вещи всѐ ещѐ
могут произойти со мной. Тем не менее, она выглядит такой взволнованной, и я не могу заставить
себя сказать "нет".
– Ну, тогда ладно.
Я точно знаю, что это неправильно, но Ава так на меня действует. Я собираюсь снова войти
на территорию База Лайтера.
Она открывает дверь, и я вхожу.
– Ого! – она бормочет себе под нос. – Как здесь великолепно!
Если под "великолепно" она имеет в виду "ужасающе", то здесь совершенно великолепно.
Мы в роскошной приѐмной, с чѐрно-белыми обоями, блестящим новым столом, чѐрным
кожаным диваном и журнальным столиком, усеянным глянцевыми журналами. Потолок усеян
