нибудь. Наверное, никогда. Когда нам будет по девяносто лет, я буду вытворять глупости на
ходунках15, потому что старшая сестра заставила меня.
И она, конечно, будет со мной в старости. Потому что, то, что происходит, это просто
случайность. Девяносто процентов людей полностью излечиваются. Полностью.
Я все ещѐ не уверена, как она уговорила меня на это. Я держалась двадцать четыре часа.
Затем я сдалась, и она приступила к работе. Сначала она позвонила, и, притворяясь нашей мамой,
дала разрешение на съѐмки, добавив, что, к сожалению, она не сможет прийти, потому что у неѐ
приѐм у врача. (Вранье по всем пунктам. Следующий приѐм в понедельник.) Фрэнки запиналась и
бормотала, потому что у меня ДОЛЖЕН БЫТЬ сопровождающий, если я собираюсь сниматься в
моѐм возрасте, но тогда Ава в роли мамы сказала, что у меня есть старшая сестра, которая была бы
счастлива, прийти вместо неѐ, и Фрэнки согласилась. К сожалению.
Затем мы должны были найти какую-нибудь ―повседневную облегающую одежду", потому
что я должна так одеться на съѐмку, и у меня ничего такого нет. У меня есть серая майка, в которой
я ходила в Модел Сити. Она вроде подходит, так что надену еѐ. Но у меня нет ―повседневных
облегающих" брюк, и я НЕ НАДЕНУ мои шорты для походов снова. Я отказываюсь, чтобы мои
ноги были объектом для какого-нибудь бедного фотографа. Я не могу надеть джинсы Авы, даже
если она позволит, потому что они слишком обтягивающие и доходят только до голени. Поэтому я
позаимствовала у мамы пару леггинсов для йоги. Я не смогла бы выглядеть смешнее, но моя сестра
настаивает.
Наконец, мы должны были выяснить, как туда добраться. Адрес – старое здание почтамта в
Северном Лондоне, которое было переделано в студию. Ава может легко найти магазины и
спортивные центры. Я могу легко найти общественные галереи, парки и сады. Но раньше ни один
из нас не пытался найти здание почтамта в Ислингтоне. Я ещѐ не начала работать моделью, но это
уже намного сложнее, чем кажется.
– Туда, – говорит Ава неуверенным тоном. – В чѐм дело, Тед?
Я все ещѐ думаю о папином выражении лица, когда она сказала ему, что сегодня хочет
посмотреть пару фильмов в кинотеатре, и что я согласилась пойти с ней. Он странно посмотрел на
меня и не отрывал взгляд вечность, пока не попрощался с нами. В любую минуту он может
выяснить, что мы что-то задумали, прийти и остановить нас. Я бы хотела, чтобы он сделал это. С
моей сестрой точно что-то не так, и это не просто лимфома.
– Ой, да ладно! Разве ты не рада? – продолжает она. – Модельная студия! Макияж! Ты
будешь выглядеть великолепно! – Она хватает меня за руку и тащит за собой.
Пять минут спустя мы стоим возле выглядящего заброшенным здания. Обычно в таких
зданиях в детективных сериалах находят тела.
– Это здесь! – говорит она, сверяясь с картой в последний раз. – Второй этаж.
Она рвѐтся вперед, и я осторожно следую за ней. Мы проходим через большую незапертую
дверь и поднимаемся на второй этаж. Если я думала, что было странно, когда Симон подошел ко
мне на Карнаби Стрит, то эта ситуация была определено ещѐ хуже. И мысль о том, что я делала всѐ
это с сестрой на стероидах, не помогала.
Когда мы поднимаемся на второй этаж, Ава ведет меня по длинному коридору, пока мы не
слышим голоса. Мы просовываем головы в последнюю дверь и оказываемся здесь: в огромном,
светлом помещении с бетонным полом и окрашенными в белый цвет кирпичными стенами. Парень
в чѐрной майке и шортах сидит за покосившимся столом с блестящим ноутбуком перед ним,
выкрикивая инструкции для кого-то, кого я не вижу. Ава стучится в открытую дверь, и он
оборачивается, чтобы посмотреть на нас. У меня перехватывает дыхание. У него так много волос
на лице, я никогда не думала, что такое возможно. Густая борода. Массивные бакенбарды.
Необычно большие брови. Под всем этим, он выглядит очень молодым, хотя трудно сказать.
– Привет – обращается он к нам. – Ты пришла на съѐмку?
15 Устройство для помощи при передвижении инвалида.
И странно, он говорит это мне, а не моей сестре. Мне, модели. Настоящей модели.
Довольно странно, но здорово.
Мы подходим и знакомимся.
– Я Сэб, – говорит он. – Я, э-э... фотограф.
Я бы догадалась по огромному фотоаппарату Никон с очень большим объективом,
лежащему рядом с ноутбуком. Он смотрит на студию, свет, кабели, экраны с отражателями,
ноутбук и на меня.
– Я собираюсь, э-э... снимать тебя сегодня.
– Здорово! – говорю я радостно. Я думаю, если всѐ будет идти с такой скоростью, эта
съемка будет очень дооолгой.
– Мы собираемся делать, это ... э-э ... здесь, – добавляет он, направляясь к белой
кирпичной стене.
Он имеет в виду эту студию? Где ещѐ мы можем это делать?
Он видит моѐ замешательство.
– Я имею в виду, э-э ... здесь. – Он указывает, в частности, на пятно на стене, где краска
