Обман зрения полностью

Скоро занятие закончится, и им придется разойтись в разные стороны. Нет, так не пойдет. Его вторая ипостась не даст спокойно существовать, если отпустить истинную пару так просто. Оборотень должен знать, где находится его единственная. Но сработает ли это в случае перемещение в другой мир? Не станется ли так, что Марк привяжет себя лишь к телу? Но была и вторая проблема: как оставить метку на коже девушки, если превратиться в зверя в данный момент не представляется возможности?

Под конец я пару-тройку раз заметила, что некромант поглаживает большими пальцами мои запястья. Что бы это могло значить? Уж не укусить ли меня задумал? И почему он так странно поглядывает на мои руки?

Снова моя капитуляция, и парень оказывается у меня за спиной. Его прикосновения заставляют трепетать от волнения и страха. Ничего ведь не сказал, однако узнал обо мне почти все. Мою скудную биографию до момента перемещения в Институт благородных магесс можно скромно опустить. А теперь переживай насчет его подозрительного внимания к моей скромной персоне.

Музыка стихла, и тишина меня оглушила. Но ненадолго, потому что маги и магессы принялись разбредаться по залу, и настороженно прислушиваться к тому, что говорила профессор Дроули. А говорила она очень много и в основном по поводу танца Парящие в облаках.

— На следующем занятии вы будете отрабатывать только этот танец, — строго говорила преподавательница, а у меня внутренне все вывернулось на изнанку. Это же снова танцеваться с постоянно меняющимися магами! Ужас какой… — Сегодня вы все меня очень разочаровали. Некоторые из вас вообще умудрялись наступать друг другу на ноги. Я уже не говорю о болтовне и переругиваниях.

Значит, она все-таки это видела. Что ж, вполне заслуженное наказание, которое мне так не хотелось бы отрабатывать. Может, сказаться больной и явиться к лекарям за справкой о плохом самочувствии? Хм, надо будет обсудить это с Рингой.

Леар не стал «кормить» окружающих продолжением нашего маленького спектакля и отошел к своим друзьям. С парочкой из них мне довелось пересечься на Парящих в облаках. Нормальные, адекватные и не страдают от неразделенной любви. Парни тут же накинулись на некроманта с расспросами. Последний охотно им что-то рассказывал. Надеюсь только, что он поддерживал мою историю о «готовой на все ради любимого светской львице». Эх, как мне порой не хватает этих словечек из моего родного мира. Клубы, дискотеки, мюзиклы и концерты… Родной универ, однокурсники и друзья, родители и бабушка. Интересно, поняли ли они уже, что в мое тело вселилась Эвелина? Как она там справляется? Ведь в отличие от меня, ей помочь совершенно некому.

Я не заметила, как рядом со мной оказалась Ринга. Огневица выглядела вполне обычно. Будто и не танцевала только что с Ройсом. Вампир же как-то умудрился прибиться к компании Марка. Пару раз перехватила заинтересованный взгляд оборотня, но так и не поняла, что к чему.

— Я смотрю, у кого-то Горячий лед стал любимым танцем, — игриво улыбнувшись, шепнула мне на ухо соседка по комнате.

— И не говори, — хмыкнула. — Он все знает.

— Что?!

— Нейкс, Сневр, вам не интересно то, что я говорю? — голос Дроули прозвучал раздраженно.

Пришлось смиренно опустить взгляды и замолчать. А преподавательница продолжала говорить о том, что нам всем было не интересно. Хотелось сделать, как делали все лентяи в моем мире: спрятаться за чьей-нибудь спиной и бочком продвинуться к двери. Затем тихо ее открыть и смыться. Но тут же все благородные… И вообще, я не знаю, прозвенел ли звонок на перерыв. А еще мне не известно время. Три часа уже прошло или нет?

К моему большому сожалению, нормально попрощаться нам с Марком так и не удалось. Хотя, было бы неплохо расставить все точки над «i». А то после Горячего льда все еще больше усложнилось. И раз даже Ринга заметила, что мы с магом его исполняли не так, как остальные, то мне следует на досуге подумать о том, как быть дальше. В такие вещи, как «истинная пара», «нареченные судьбой» и прочее я пока что поверить не могла. Уж слишком было похоже на сказку, любовный роман, в котором с двумя людьми случается все самое невероятное. Те волшебные моменты, которые описываются в книгах, просто по определению не могут случаться в реальности. И имя той незримой преграде — быт.