Рейнер наполнил стаканы и вернулся к окну. Я заметил, что кожа у него на руках усеяна старческими пигментными пятнами. Он говорил очень медленно и членораздельно, как будто взвешивал каждое слово.
– Я очень рад нашему знакомству, мистер Ларч, не каждый день встречаешься с героем.
– Вы заставляете меня краснеть…
– Ничуть, я читал ваше досье. Вы – настоящий герой. Документальный фильм очень впечатляет.
– Это кино, мне просто повезло.
– А я считал, что вам известен секрет бессмертия, и готов был заплатить за него состояние. Шучу…
Мы молча пили джин и смотрели на Кенсингтонские сады, напоминающие дикий лес.
– Край светло-коричневой крыши – там, в глубине, справа от ряда дубов, – это Кенсингтонский дворец.
– Вы читали мое досье?
Он пожал плечами – мол, какая разница? – повернулся к бару и налил себе еще джина.
– Можно поинтересоваться, как вам это удалось?
– Я попросил… Если хотите выпить еще, не стесняйтесь.
Рейнер сел, кивком пригласил меня последовать его примеру, и я опустился на краешек соседнего кресла.
– Дэвис расхваливает вас на все лады, а он один из тех редких людей, чьему мнению я доверяю. – Он сделал два глотка и продолжил, глядя на носки своих туфель: – Вы можете оказать мне услугу. Неоценимую услугу.
– Я? Вам?
Он поднял голову: его лицо напоминало восковую маску.
– У меня есть сын. Единственный. Сейчас ему тридцать три года. Пока он рос, я уделял ему мало внимания. Он был не очень хорошим сыном, я – неважным отцом, мы никогда не ладили. Четыре года назад он сорвался с поводка. Довольно долго я был в курсе его местонахождения, но шесть месяцев назад он бесследно исчез. Испарился. В Индии. Найти его не удалось. Я хочу, чтобы вы привезли моего сына домой.
Голос Рейнера звучал глухо и протяжно, некоторые слова повисали в воздухе, ему стоило большого труда договорить их до конца.
– Вы хотите, чтобы я поехал в Индию на поиски вашего сына?
– Именно так.
– Я не сыщик, наймите профессионала.
– Уже нанимал – самых лучших, они оказались бессильны.
– Почему вы выбрали меня?
– Вы ведь родились в Индии? Говорите на хинди…
– Я покинул эту страну в восемь лет, забыл язык и не намерен туда возвращаться – будь то по работе или туристом.
– Уверен, вы сумеете отыскать моего сына и убедить его вернуться. Никакой логики в моих рассуждениях нет – чистая интуиция.
– Ему тридцать три, он имеет право жить где хочет и как хочет, разве нет? Появится, когда сам так решит, потерпите.
– Я ждал достаточно долго.
– Уверены, что ваш сын… жив?
– Уверен. Он регулярно снимал деньги с карточки – четыреста-пятьсот долларов в неделю, в Индии это огромные деньги. Последний раз деньги ушли десять дней назад, в окрестностях Дели.
– Он совершеннолетний, хочет – дает о себе знать, не хочет – не дает. Неприятно, согласен, но тут уж ничего не поделаешь.
– Вы должны отправиться в Индию, мистер Ларч, я на вас рассчитываю. С Дэвисом я договорился.
– Повторяю, вам нужен частный детектив. Профессионал, а не любитель.
– Я выбрал вас.
– Слушайте, господин Рейнер, мне жаль, что ваш сын пропал, но это его выбор, у него свои резоны.
– Мое поручение не займет много времени – несколько недель, в крайнем случае – месяцев. И поверьте, я умею быть благодарным.
– Наймите новых сыщиков, другую команду, благо деньги у вас есть, а меня увольте…
– Я сделаю выгодное предложение: Дэвис продолжит платить вам жалованье, а я выдам премию… сто тысяч фунтов стерлингов.
– Вы не поняли – дело не в деньгах, они меня никогда не интересовали.
– Не выдумывайте, деньги нужны всем. Назовите цену.
– Я ничего не хочу.
– Мне достаточно поговорить с человеком пять минут, чтобы составить о нем точное суждение, и я уверен, что не ошибся в вас.
– Почему бы вам самому не отправиться на поиски? Может, ваш сын именно этого и ждет, а вы посылаете наемников.
– Дело не терпит отлагательств, мистер Ларч. Вы – моя последняя надежда.
Эту фразу Рейнер произнес быстрее обычного. Я поднялся с кресла, он остался сидеть, опустив голову, потом распрямил плечи и взглянул на меня.
– Мне жаль вас разочаровывать, но я не поеду.
– Не понимаю! Это редкий шанс, я был уверен, что вы согласитесь.
– Индия для меня запретная зона, я не хочу туда возвращаться.
– Я выбрал вас в том числе по этой причине.
Рейнер затронул больное место, лицо обдало жаром, щеки покраснели. Он заметил мое смятение и улыбнулся.
– Что конкретно вы обо мне узнали? – спросил я.
– Сейчас нам следует говорить о моем наследнике. Вы пережили куда более страшные испытания, чем те, что могут ждать вас в Индии. Я буду вашим должником, Томас, я, никогда никого не просивший об услуге.
– Не исключено, что я действительно могу разыскать вашего сына, но делать этого не стану. Я не отказываюсь помочь, но он не хочет возвращаться, и вы это знаете. Оставьте все как есть – если хоть чуть-чуть его любите, в чем я начинаю сомневаться.
– Да как вы смеете?! Конечно я люблю моего мальчика!
– Но ни разу не назвали его по имени…
Рейнер побелел.
Две минуты спустя я вышел на воздух, подумав, что вряд ли обзавелся новым другом.
