Олеся спихивала все на нервы и на то, что бо´льшую часть времени проводила в сильном эмоциональном напряжении. Даже сейчас. Она боялась, что вместо посетителя придет Эрик и утащит ее домой. Но он не приходил. Сколько бы раз дверь ни открывалась, Эрик так и не переступал порог кафе «Маруся».
– Я исправлюсь. Обещаю, – кивнула Олеся, когда ближе к концу рабочего дня все же получила замечание от начальника.
Петр Ильич вышел в зал и увидел работу некогда лучшей сотрудницы. Сейчас Олеся не улыбалась клиентам, вела себя отстраненно, будто мыслями находилась где-то далеко. И до творожной запеканки, которую заказал клиент, ей не было никакого дела.
Мужчина ей поверил. Надеялся, что впредь таких замечаний больше не будет и к работе вернется та Олеся, которую он нанимал.
Уже вечером, оставшись в квартире одна, Олеся поняла, что прежней ей точно не быть. Она снова пришла раньше Эрика, того в который раз задержали. Она готовила ужин, параллельно искала в ноутбуке Эрика документы. Олеся наконец-то смогла ввести правильный пароль. Как-то подсмотрела за Эриком и попыталась повторить. Получилось.
Ей на глаза попалась новостная сводка о недавней аварии, которая произошла пару дней назад недалеко от города. В статье рассказывалось о молодой паре. Мужчина потерял управление на загородной трассе. Машина перевернулась в кювет. Погибших не было, но пострадавшие госпитализированы и отправлены в городскую больницу.
Олеся быстро изучила статью вдоль и поперек. Что-то казалось ей знакомым, но точно понять, что именно, она не могла. Взглянула на часы и быстро убрала ноутбук на прежнее место, перед этим все выключив.
Через пару минут вернулся Эрик. Вымыл руки, подошел к Олесе и приобнял ее сзади, поцеловал в шею. Он наблюдал за ее готовкой, не отходя от Олеси ни на шаг. Едва заметно улыбался, ведь отсюда, сзади, казалось, что его любимая вернулась. Сама же она вдруг снова почувствовала цветочный аромат, который не покидал ее все эти месяцы рядом с Эриком.
Эрик рассказывал о своем скучном и однообразном рабочем дне, слушал краткий разговор Олеси, задавал ей вопросы, чтобы выведать больше информации. Она рассказала ему обо всем, кроме разговора с начальством и своем плохом самочувствии. Знала же, что Эрик снова мог поднять ту щепетильную для них тему – ее увольнение.
– Пошли в душ?
Очнулась Олеся, лишь стоя в душевой кабинке и прижимаясь спиной к холодной стенке. Она снова видела обнаженного Эрика перед собой. Но если раньше она наслаждалась этим зрелищем, то сейчас боялась. Опасалась того, что он притронется к ней, прикоснется против воли.
Олеся дрожащими руками налила в ладони немного геля для душа и коснулась пальцами горячей кожи Эрика. Провела по его плечам, оставляя после себя пенную дорожку, сразу же смываемую струями теплой воды.
– Замерзла? – прошептал Эрик, взяв ее руки в свои и пытаясь согреть их. Хоть в кабинке и было жарко и вода была далеко не прохладной, согреться и успокоиться у нее не получалось.
– Немного, – солгала она, не желая говорить правду. Ту, в которой ее голова забита мыслями о страшной аварии, произошедшей пару дней назад.
– Ничего страшного. Я тебя согрею, – тихо пробормотал Эрик, наклоняясь и легко целуя Олесю, медленно углубляя поцелуй. Она снова не сопротивлялась, вела себя спокойно. Даже слишком спокойно.
Олеся приказывала себе наслаждаться или делать вид, что ей хорошо. Но в глазах предательски щипало, слезы скатывались по щекам, смешивались с водой. Эрик заметил это, задал ей вопрос. Так же тихо и спокойно, будто в нем и не бушевали страсть и желание. Олеся солгала. Сказала, что мыло в глаза попало и это скоро пройдет.
Эрик покрывал ее шею горячими поцелуями, покусывал и оттягивал кожу зубами, оставлял после себя заметные следы. Но даже это не волновало Олесю. Она все еще не могла согреться. Даже в его горячих объятиях.
– Ты сделал мне больно.
Поддавшись порыву, Эрик сильнее обычного потянул Олесю за волосы, наклоняя ее голову назад и продолжая терзать ее уже покрытую отметинами шею.
– Прости, я перестарался. Все пройдет.
– Я вела себя хорошо, а ты сделал мне больно. Ты ведь снова так сделаешь. Снова.
– Я вернул тебе твой телефон. Но ты продолжаешь доводить меня до срыва! – огрызнулся Эрик, резко открывая дверь кабинки и выходя из нее. – Чем снова недовольно Ваше Величество?!
– Ты…ты сделал мне больно!
– Я не специально, поняла? – крикнул Эрик, оборачиваясь полотенцем. – Все, хватит. Заканчивай тут, и в спальню. У тебя две минуты.
Хлопнув дверью, Эрик ушел, ругаясь себе под нос. Олеся проводила его взглядом, после сделала воду горячее и села на дно кабинки, поджав ноги под себя. И заплакала. Заплакала лишь тогда, когда убедилась в том, что Эрик не вернется как минимум ближайшие пять минут.
