Дилан сидел за столом и уплетал булочки, обильно накладывая на них взбитые сливки. Джейн и Кейт навели порядок на кухне, сложили крупные осколки в мусорный мешок, убрали разбросанную повсюду еду и собрали пылесосом мелкие осколки. Дилан и Джейн как раз ужинали, и парень раскидал все, что было на столе.
– Потому что я позвонила, – поняла Кейт. – Господи, мне так жаль…
– Не знаю, в этом ли причина, – сказала Джейн. – Если что-то идет не так, как ему хочется, он теряет голову. У нас это не редкость.
Они сидели в гостиной. Дверь на кухню была открыта. Джейн не спускала глаз с Дилана.
– Выпьешь что-нибудь? – спросила она.
После предпринятой совместно уборки между ними завязались доверительные отношения. Кейт все еще беспокоилась, что стала причиной для припадка Дилана, и в то же время чувствовала: Калеб был прав. Джейн очень одинока. И теперь не похоже было, чтобы она пыталась от нее отделаться. «В конце концов, ей теперь нечего скрывать», – подумала Кейт.
– Нет, спасибо, – сказала она. – Посиди немного, позволь себе передохнуть.
Джейн кивнула и откинулась в кресле.
– Вообще по будням он проводит время в центре для инвалидов. Ему там дают задания, и это идет на пользу. Он мастерит что-нибудь несложное – прищепки, плетеные подставки… Всякое разное в этом роде. Утром его забирает автобус, а вечером привозит обратно. В половине шестого он уже дома. К сожалению, я не всегда успеваю вернуться к этому времени. Калеб знает о моей проблеме и старается отпускать меня пораньше. Он и в самом деле хороший начальник. Ну… конечно, у него не всегда получается прикрыть меня.
– И что тогда?
Джейн пожала плечами.
– Прошу соседку. До сих пор она всегда выручала. Конечно, ворчит и жалуется при этом, но я могу на нее рассчитывать. Она очень одинока и мается от скуки, а мне это на руку. А еще она любит ощущение власти над другими. Ей нравится, что я завишу от нее и терплю ее едкие комментарии, и по нескольку раз в неделю смиренно прошу о помощи. Конечно, и ей не под силу утихомирить его иначе, как едой. Если посмотреть на него, можно подумать, он скоро лопнет, но Дилан может вместить в себя невообразимое количество еды. Тогда он успокаивается. А что мне остается? Не могу же я требовать, чтобы она организовала для него развлекательную программу. Я рада, что она хотя бы присматривает за ним.
Кейт до сих пор не могла прийти в себя. Она считала Джейн матерью-одиночкой, постоянно занятой и усталой, как многие женщины в подобной ситуации, но в то же время не лишенной своего счастья: ребенок, которого она любит. Который любит ее и нуждается в ней. А вместо ребенка… этот гигант, заплывший жиром колосс. Совершенно беспомощный, всецело зависимый от нее. Непосильная ноша для этой молодой, хрупкой женщины. Тот, кто вытягивал из нее все силы, истощал ее. И, вероятно, ничего не давал взамен.
– Сколько ему лет?
– В апреле исполнилось восемнадцать.
– Так он…
– Мой брат. Мой
Кейт осознала всю тяжесть этого груза.
– Они потребовали от вас…
– Мама, – коротко ответила Джейн. – Отец сбежал, когда Дилан был еще маленьким. А мама всю свою жизнь посвятила этому ребенку. Перед смертью она взяла с меня обещание, что я никогда не отдам его в приют.
– Это очень серьезное обещание, – тихо произнесла Кейт.
– Да. И я не знаю, долго ли еще смогу его сдерживать.
Джейн встала, взяла из буфета стакан и налила себе джина. Вопросительно взглянула на Кейт, но та помотала головой.
– С ним все тяжелее. Дилан становится сильнее. Агрессивнее. Он принимает кучу таблеток. Отчасти поэтому его так разнесло. Хотя причина, конечно, и в том, что мы постоянно успокаиваем его едой. Порочный круг, но я не представляю, как его разорвать.
– И ты управляешься совершенно одна?
– Ну, если не считать обаятельную соседку, то да, – ответила Джейн.
– Он всегда был таким?
– Врожденный дефект.
На какое-то время повисло молчание. На кухне Дилан гремел ложкой по тарелке. Джейн смотрела перед собой. Кейт представились вечера этой женщины. Как она спешит домой после работы. По пути, может быть, наскоро покупает самое необходимое. Редко успевает к половине шестого. Выслушивает ядовитые замечания соседки, которую в очередной раз просила о помощи. И вынуждена терпеть, потому как боится, что в следующий раз соседка откажет. Как она сидит здесь взаперти. Присматривает за своим непредсказуемым братом. Не может никуда выбраться: ни прогуляться на побережье, ни сходить в спортзал, ни встретиться с друзьями за пиццей. И разумеется, никаких свиданий. А уж о близких отношениях с мужчиной не приходится даже мечтать – любой унес бы ноги, едва познакомился со специфическим приданым Джейн. Кейт догадывалась теперь, что причиной ее развода также стал Дилан.
– Ох, Джейн, – тихо проговорила она.
Та вскинула голову.
– У тебя новая прическа? Тебе очень идет. Выглядишь моложе.
– Спасибо, спасибо большое.
