Обманутая полностью

– Да. Странно, правда? Неизвестный человек, который то ли сбил ребенка, то ли оказался свидетелем происшествия, звонит одному из старших следователей уголовной полиции… Не самый тривиальный ход, верно?

– Откуда, черт возьми, у него был номер Линвилла?

Констебль пожала плечами.

– Полагаю, этого нам уже не узнать.

Калеб как раз остановился у заправки, чтобы выпить кофе, когда ему позвонил Роберт. С пластиковым стаканом в руке он обошел вытянутое строение и встал посреди одуванчиков и чертополоха, покрывающих поле, казалось, до самого горизонта. Позади был слышен шум проезжающих по дороге машин. Где-то в поле пронзительно кричала птица. Прохладный ветер обдувал лицо. Так было намного лучше. Таблетки и кофе понемногу действовали, но Калеб все еще чувствовал себя отвратительно. Если б стояла жара, как в предыдущие дни, он давно свалился бы без сил.

– Что такое, Роберт? – спросил старший инспектор. – Я уже скоро буду в Ливерпуле.

– Сэр, не знаю, стоит ли заострять на этом внимание… Но мы тут обнаружили кое-что очень странное.

– В связи с ливерпульской историей? – спросил Калеб. – И остальными убийствами?

Не хватало еще, чтобы Роберт нарыл очередную проблему, требующую безотлагательного решения. В данный момент у Калеба совершенно не было на это сил.

– Не знаю. Просто… возможно, это и не имеет никакого значения… но это связано с Линвиллом.

– Роберт, мне бы по-быстрому выпить кофе и как можно скорее ехать дальше. Давайте короче!

Торопливо и потому несколько запутанно – поскольку чувствовал нетерпение шефа, – Роберт рассказал о том, что сам узнал пару минут назад. Об анонимном звонке на мобильный Линвилла. О его мгновенной реакции. И об открытом по сей день вопросе, откуда звонивший знал номер инспектора.

Калеб был озадачен, как и Роберт до этого.

– Да… но это значит, что звонивший знал Линвилла. И справедливо обратное: выходит, Линвилл знал, кто ему звонил?

– Надо полагать, сэр. Я сам звонил в управление в Ньюкасле и поговорил кое с кем из сотрудников. Они в то время усиленно разыскивали не только скрывшегося водителя, но и звонившего. Причем неясно было, разные это люди или один и тот же человек. Линвилл дал подробные показания. Номер на экране не высветился, и дважды был слышен звон монет, поэтому он предположил, что звонили с уличного автомата. Линвилл не узнал звонившего по голосу. Он неоднократно повторял, что впоследствии долгое время ломал над этим голову, но просто не мог понять, кто это. Почему тот человек обратился к нему и откуда он узнал его номер, осталось для Линвилла загадкой.

– Конечно, Линвилл был в своем роде известной личностью. Люди знали его, а он, в свою очередь, их не знал, или просто не мог вспомнить. Кто-то, кто пересекался с ним – неважно, насколько поверхностно – или просто слышал о нем, предпочел обратиться к нему, нежели набрать три девятки. Допустимо, но…

– …остается открытым вопрос с номером. Он был известен довольно узкому кругу. Это люди из личного окружения и…

– …коллеги, – закончил Калеб, тихо простонав. – Кто-то из наших?

Повисло молчание. Он вылил остатки кофе себе под ноги. Ему резко расхотелось пить.

– Это еще не всё, – сказал Роберт. – Другая история куда интереснее.

– Да?

– Коллега в Ньюкасле удивился, что я ничего не знал об этом. Ведь еще в конце прошлого года с ним разговаривала сотрудница из управления в Скарборо и получила подробные сведения о том деле и о состоянии расследования на тот момент.

Калеб нахмурился.

– Наша сотрудница?

– Да. Угадайте, кто?

– И кто же?

– Джейн. Джейн Скейпин.

– Что?

– Сэр, может, это ничего и не значит. Я к тому, что эта история все-таки затронула Джейн. Ведь пострадал ее родной брат. И нет ничего необычного в том, что в будущем она воспользовалась своим положением, чтобы получить информацию. И, конечно, получает. По-дружески, от коллег.

У Калеба вдруг свело желудок.

– Но это значит… Когда был убит Линвилл и мы принялись детально изучать его служебную деятельность, Джейн обо всем умолчала. Этот странный звонок, заверения Линвилла, что он не узнал звонившего… последствия той трагедии для семьи… для ее семьи…

– Может, она решила, что это несущественно?

– Или не поверила, что Линвилл действительно не узнал звонившего?

– Шеф! – в голосе сержанта появилась тревога. – Что вы хотите сказать?

– Пока сам не знаю, Роберт. Почему, черт возьми, мы ничего не узнали об этом деле? У нас болтают обо всем и о каждом. И никто в целом управлении не упомянул об этой истории? Ведь должны же быть коллеги, которые застали тот период!