— Да, Твайлайт, — уверенно кивнула Селестия. — Ты так далеко зашла сегодня и так глубоко черпнула из своего источника, что твои способности управлять магией нашего мира стали близки к нулю. Это похоже на то, что стало со мной после воздействия твоего гейсового оружия. Обычной пони от такого не оправиться, но ты аликорн, а потому у тебя будет время. Однако того уровня, которым ты владела этим утром, ты достигнешь не раньше, чем через сотни лет.
Аликорнушка застыла, разинув рот, перестав дышать. Вы даже испугались на секундочку, что она сейчас задохнётся.
— Но… но… м-моя… моя магия это всё! Это моя суть! Мой особенный талант! Как… как я буду без неё?! Я… я без неё жить не смогу! Я никогда не ела копытами, не держала перо ртом, не...
— Ты научишься, Твайлайт! — прозвучал громкий и жёсткий голос Селестии. — Земные пони и пегасы живут с этим, и это не ниже твоего достоинства и не выше твоих возможностей.
Аликорнушка отвернулась и зарыдала, уткнувшись в одеяла.
— Но я же потеряла всё! Потеряла Анона! Потеряла подруг! Потеряла магию! Потеряла
— ДОВОЛЬНО!
Ты прикрыл уши руками, совсем не ожидая, что Селестия вдруг перейдёт на кантерлок. Что ж до бедняжки Твайлайт, та дрожа скукожилась под одеялом, а глаза её стали размером с блюдца — похоже, так сильно на неё голос никто никогда не повышал.
— Словами этими ты унижаешь многих пони. Ужель ты думала, что первая, кто оказался в столь непростой ситуации? Ужели ты решила, что первая, кто потерял надежду и опору? Ужели веришь, что первая, кто возжелал, чтоб завтра не настало?!
Взгляд Твайлайт был намертво прикован к Селестии, и вдруг выражение лица последней смягчилось.
— Не упусти ни слова, моя прилежная ученица. Ты, без сомнения, одна из самых замечательных пони, что повидала я за долгую свою жизнь. Надежды, что ты подаёшь, ошеломительны, и я уверенна, однажды ты превзойдёшь и их, ты
Белая аликорница села, не отрывая взгляда от ученицы, на мордочке её проступила по-матерински добрая улыбка.
— Ты мне сказала кое-что сегодня. Сказала, я не идеальна. Сказала, что я порой не знаю, как быть. Что совершаю ошибки. Ох, маленькая моя пони, когда бы ты знала, насколько ты права! Я прожила больше двух с половиной тысяч
В уголках её сиреневых глаз заблестели слёзы.
— Но Твайлайт… то, что ты совершила ошибку, ещё не значит, что не нужно хотя бы попытаться её исправить. То, что тебе стало невыносимо тяжело, не значит, что нужно сдаться. И то, что ты, нарочно или случайно, причинила кому-то вред, не значит, что нельзя попросить прощения, а потому теперь и здесь я прошу тебя...
Твайлайт была настолько шокирована, что хоть пальцем тыкай. Она опять чуть не разучилась дышать.
— Ч-что… о чём это вы вообще?
А теперь настал черёд Селестии всхлипывать и причитать, слёзы застлали ей глаза.
— Твайлайт… это всё моя вина. Я была столь эгоистична. Я так желала избавиться от бремени, что не только вверила тебе роль, к которой, как я знала, ты была совершенно не готова, но и обрекла на Вечность, не потрудившись даже объяснить, каково это и какие последствия влечёт. Пускай я знала, что тебе этого хотелось, нам стоило всё обсудить сперва, и если бы ты согласилась, мне стоило бы ввести тебя в курс дела. Мне... мне так жаль, ученица... я совершила непростительную ошибку. Я подвела тебя во всём, в чём только было можно. И я пойму, если ты не захочешь больше быть моей ученицей, и не смогу винить тебя за это решение, не смогу винить, даже если ты решишь меня возненавидеть, но искренне надеюсь, что...
— Я прощаю вас, Селестия.
— Ч-что? — запнулась она.
— Я прощаю вас, — улыбнулась Твайлайт. — Даже если цели ваши не были благими, вы… вы подарили мне мечту, хотя бы ненадолго. Вы говорите, что я не знаю, во что ввязалась... пожалуй, это так, но у меня было время подумать и решить… что именно этого я всегда и хотела. Я по-прежнему хочу стать такой, как вы, и не ваша вина, что я всё запортачила...
Селестия мотнула головой, рассыпая слёзы.
— Даже если потом ты передумаешь, сейчас эти слова значат для меня гораздо больше, чем ты можешь представить.
— Одно я только не могу понять, — продолжила Твайлайт. — Вы сказали, что поймёте, если я откажусь быть вашей ученицей, но… у меня же нет магии. Чему я смогу без неё научиться?
Селестия покачала головой.