Европеец пригласил Филис за свой столик. Вскоре к ним присоединился ещё один мужчина, помоложе. Оба они оказались учёными-востоковедами из Белоруссии, и старший из них, просивший называть его Сан Саныч, сопровождал своего коллегу по имени Глеб, как его научный руководитель при подготовке к написанию диссертации.
Сначала немного поговорили о монгольской кухне.
— Мне нравится, — признался Глеб, — Сейчас натурального мяса не так много в продуктах дома, да и то в основном курятина. Вкус говядины уже вообще забыли многие в крупных городах. А тут — пожалуйста, мясо на каждом шагу. Чаще всего из яков или баранов, конечно.
— Да, овощи здесь не везде растут, а где растут, там люди не очень-то хотят грядки распахивать. Чтобы их не осуждали соседи и не подозревали, что они — китайцы, — улыбался Сан Саныч, — хотя в последние годы вроде бы начали сажать потихоньку…
Но когда мужчины узнали, что Филис — не туристка, а едет к Жаргалу, челюсти у обоих буквально отпали. Они забросали девушку вопросами и никак не хотели расставаться, пока она им всё не расскажет.
— Нет, после всех экспертиз я не сомневаюсь в подлинности реликвии. Просто я ни на минуту не допускал, что та версия, которую рассказывают монгольские СМИ о Жаргале и истории находки им клада — истина, — признавался Сан Саныч, — скорее, был возмущён той "легендой", которую нам выдавали. А конкретно — тем, что монголы не придумали ничего подходящего для восприятия людьми иной веры и, если хотите, цивилизации, и слепили сказку только для своих.
— Свидетельствую, что эта история — и есть правда, — улыбалась Филис.
— Но неужели вы верите во все эти перерождения? — удивлялся Глеб.
— Насчёт веры в перерождения ничего не могу сказать, — ответила Филис, — Я только знаю о существовании другого мира и о трёх случаях обмена душ, два из них произошли с Жаргалом. А один со мной. Но, простите — мне некогда разговаривать, нужно придумать способ добраться до горы Отгон-Тэнгэр и выехать туда, чтобы найти Жаргала.
Филис вернулась в юрту, а через несколько минут к ней постучались новые знакомцы.
— Мы посовещались и я решил, — сказал Сан Саныч, — пригласить вас поехать с нами в машине. Чтобы за время пути мы могли рассказать вам о Монголии то, чего вы не знаете — а не знаете вы, судя по всему, почти ничего — ну а вы расскажете нам о себе и Жаргале.
— Вообще-то мы намеревались ехать отсюда в другую сторону, но встречу с вами расценили как перст судьбы, указующий новое направление, — добавил Глеб, — К тому же, и у горы Отгон-Тэнгэр тоже можно найти много материала для написания нашей научной работы.
Филис колебалась. С одной стороны, предложение выглядело заманчивым — и довезут, и расскажут много полезного, с другой…
— Простите, но мы с вами практически не знакомы, — извиняющимся тоном она, — я не могу доверять незнакомцам.
Мужчины переглянулись. Потом Сан Саныч достал из принесённой с собой сумки сложенный пополам прозрачный "файл" с документами.
— Глеб сказу сказал мне захватить их для беседы с вами, а я не поверил, что они понадобятся, — немного грустно признался он, — Остался я в том времени, когда люди больше доверяли друг другу и могли не запирать дверей, чтобы соседи входили без стука…
Учёный показал Филис их официальное направление в научную командировку с указаниями имён и названия университета в Минске, и, конечно, их с Сан Санычем паспорта.
— Спасибо за предложение, господа, — улыбнулась ничуть не устыдившаяся своей бдительности Филис, изучив эти документы, — Я принимаю его.
— Но перед поездкой мы с вами по местной традиции попросим провести обряд на удачную дорогу, — серьёзно сказал Сан Саныч.
— Меня попросите? — удивилась Филис.
— Нет, шамана, конечно.
Найденный неподалёку шаман оказался женщиной средних лет, которая за небольшое вознаграждение взялась совершить положенный ритуал. Эта женщина отвела путешественников к символическому, едва угадываемому на почве "перекрёстку", что живо напомнило Филис город Рио-де-Жанейро и тамошних колдунов.
— Надо выбрать сабдыка, — заявила шаман перед началом ритуала.
— Душу сильного человека, — пояснил многомудрый Сан Саныч, — умершего, конечно.
— Чингисхана все выбирают обычно, — сразу сказал Глеб, — наверное, не будем отрываться от народа.
— А можно выбрать Даян-хана? — спросила вдруг Филис, — ведь он был военачальником Жаргала, а я еду к нему…
Женщина-шаман артистично и зрелищно провела ритуал — просила духа великого воина помочь путешественникам в начинаемом ими деле. В благодарность духу Даян-хана путешественники натаскали камней и под руководством шамана сложили их в небольшую пирамидку — обо. Впоследствии Филис много раз видела другие обо в совершенно разных местах Монголии. Зачастую эти пирамидки были украшены воткнутыми в камни ветками с намотанными на них синими лентами — следы молитвенных обращений людей к духам.
