Спрятавшись в лесу, Ана перетянула руку жгутом, потом бинтом, скуля от боли и заливая слезами рубашку. Наглотавшись обезболивающих, она с трудом натянула на себя кожаную куртку. Потом нашла номер в телефоне и договорилась о встрече недалеко от границы, сообщив, что ей нужна медицинская помощь. И даже почти доехала, борясь с холодной дрожью, головокружением и тошнотой. Но в какой-то момент всего этого стало слишком много, и девушка отключилась, успев перед этим отвести мотоцикл к краю дороги и притормозить. До места, где ее ждали, Скользящая не доехала всего пятьдесят километров.
Сознание вернулось в комнате с белым потолком, и Ана испугалась, что снова находится в психбольнице Аре, и если попробует пошевелиться, то почувствует смирительную рубашку. Но слава всем богам и духам, это была просто больница, а тело сковывала слабость и прилепленные к нему провода. Рядом с кроватью висели мешки капельниц. Плохо! Нужно срочно выбираться отсюда! Иначе скоро появится полиция, а когда начнется быстрое восстановление — ненужные вопросы. Кроме того, реакция организма Аны на земные лекарства непредсказуема. Хотя полиция появится в любом случае из-за огнестрельных ранений.
Узнать бы, какое число? Если Ларс и Мирн уже на Земле, то появятся здесь через пару дней, потому что Ана оставляла сообщение. Ларс находил ее всегда! Но лучше бы он сделал это побыстрее, потому что на самостоятельный побег сил Ане не хватит. Ей повезло у замка герцога, но на этот раз она, скорее всего, свалится без чувств уже через несколько метров.
О том, что девушка пришла в себя, аппараты сообщили изменившимися показателями дыхания, сердцебиения, кровеносного давления, и дверь открылась, пропуская сразу трех человек. Врач, медсестра, и еще один специалист в белом халате и с выправкой военного. Значит, полиция уже здесь. Не было времени что-то выдумывать, и Ана спряталась за амнезией? и нарушением речи. Она же не только ранена, но и упала на ходу с мотоцикла?
С ней пытались объясниться на итальянском, немецком, английском. Она растерянно таращила глаза, невпопад отвечала на вопросы, требовавшие ответов: «да» или «нет» и говорила: «та-та-та», не зря же ее когда-то назвали Татией?
Дату удалось подсмотреть во время осмотра врача. Мораны уже должны были вернуться из Долины. Но если они не появятся через пару дней, Ане придется выбираться самой. Регенерация Скользящих была выше чем, у обычных людей Земли. Так же, как скорость реакции и физические данные. Подобные способности лучше держать в тайне. Палату охраняли, и уйти обычным способом не получится, а прибегать к скольжению Ана пока боялась. Ее дар напоминал ленивца, открывающего глаза лишь время от времени и без предупреждения. Даже в Долине, где перемещения проходили намного легче, Ане требовались маячки и помощь Проводников. На Земле она скользила на небольшие расстояния, в остальном полагаясь на Моранов. А с тех пор, как этот мир начал отторгать ее, перемещения стоили все больших усилий. Было удивительным, что она вообще смогла покинуть дворец герцога! Почему выплеск дара случился, когда по всем причинам должно было быть наоборот, Ана не знала. Как и не знала, сможет ли повторить подобное скольжение или свалится без сознания, чтобы очнуться в тюрьме или — еще хуже — в смирительной рубашке? Нейро-препараты способны были превратить ее в растение, в человека, пережившего встречу с Тенью. Поэтому лучше было не рисковать и подождать появления братьев.
Следующим утром, после осмотра врачей, в комнату снова зашел полицейский. Были уже итальянские, австрийские… На этот раз невысокий и очень загорелый мужчина взял стул посетителя, перевернул его спинкой к кровати и уселся сверху, как на коня. Беспокойный червь тревоги заворочался в груди Аны, а полицейский, который вел себя согласно клише американского шерифа времен Дикого Запада, заговорил на чистом английском.
— Детектив Гордон, — представился он. — Каким именем мне обращаться к тебе? Они у тебя расписаны по сторонам света или по настроению? Или, может, по дням недели? Тогда какое имя для четверга? Татия? Карла? Эстер?
Кажется, у нее получилось смотреть и слушать с ровной порцией удивления и желания быть полезной, как смотрел бы тот, кто потерял память и чувствует себя неловко оттого, что не способен вести нормальный разговор. Удивленно приподнятые брови, искажение лицевых мышц, Ана пытается что-то сказать… Нет, молчит.
Гордон спокойно наблюдал за ней. Зритель в зрительном зале.
— Я не верю в потерю памяти или проблемы с артикуляцией, — объявил он. — Ты талантливая артистка и славно изображаешь саму невинность. Вот только ни к чему это не приведет. Решетка тебя ждет или тюремная, или психбольницы строгого режима. Но как во всех дешевых детективных историях сотрудничество с властями может улучшить условия будущего содержания и уменьшить сроки.
