Бэй решил начать действовать, оставаясь в тени, пока не выяснит обстановку, и чаще прислушиваться к интуиции. После десяти дней тесного общения с Вселенной в горах Румынии и успехов в предсказывании погоды, стоило ей доверять и не тратить время на сомнения. Свое отсутствие и секретность возвращения младший Ван Дорн объяснил работой. Статус частного детектива позволял ему говорить загадками. А потом настало время историям о подработке в качестве помощника гуру.
Мама начала улыбаться к середине ужина — Кун заказал на дом суши. Отец молчал и бросал выразительные взгляды на бороду и серьгу в ухе Бэя. Когда-то за длину волос на два сантиметра больше принятой его собственный отец не разговаривал с ним больше двух месяцев. Вот кому не стоило знать о татуировках! Которые, по-видимому, все-таки краснели сквозь белую ткань футболки, потому что перед тем, как семья села за стол, Кун принес Бэю свитер со словами:
— Как ты просил.
Ужин закончился за полночь и выполнил свою функцию — успокоить тревоги и превратить родню если не в сообщников, то в пособников. Кобейн оставил брату телефон для связи и распрощался с родителями, обещав давать иногда о себе знать.
— Тебя искали, — коротко сказал Кун, когда родители исчезли за дверью. — Будь осторожен.
Зося дремала в широком кресле, пока Бэй заканчивал с уборкой, прежде чем уйти спать. Он усмехнулся, вспоминая настороженные взгляды на его чай. Последнее время он избегал алкоголя и кофе, стараясь повторить в меню то, что подсмотрел за Аной, когда они были вместе. После успеха травяных сборов Милоша ему не хотелось рисковать ухудшением здоровья. Он задаст вопросы сероглазой Тайне, как только найдет ее. Нет. Сначала нацелуется. Думать, что она разозлится на него за то, что отдал информацию о ней полиции, Бэй отказывался. Ана поймет. Он не оставит ей выбора. Они слишком долго не были вместе.
— Я напросилась на кофе с Джини, — вдруг произнесла Зося где-то между храпом и сопением. Особенность бабули мгновенно переходить от сна к бодрствованию иногда пугала Бэя в юности. Вот и сейчас Зося заговорила, стоило ему вернуться в гостиную. — Сам понимаешь, я не должна была умереть от любопытства. Толку от твоей родни мало, зато я выяснила, что Джини почти напала в туалете на виновницу всех твоих бед. От нее я услышала об этой девушке кучу нелестных вещей.
Бэй замер, ожидая продолжения.
— Я жду знакомства, когда ты ее поймаешь. Ты ведь ее поймаешь, Бэй?
— Обязательно поймаю, Ба… — Кобейн опустился у ног Зоси. — Ты была права, во всем права… — Он сложил руки на костлявых коленях бабушки и уперся в них подбородком, глядя снизу вверх в украшенные сотнями морщинок глаза. Старость может рисовать кружевом… — С того момента, как я ее увидел, у меня никогда не было выбора.
Как бы ни хотелось Бэю скрыть свое отчаяние, оно просочилось в уставший голос, уверенность дня сменялась ночными сомнениями.
Зося погладила его широкие плечи.
— У нее тоже, — без толики сомнения заявила бабуля и продолжила: — Девушка, превратившая Великолепного Бэя в волосатого пирата! Татуировки покажешь?
— Откуда? — от удивления Кобейн забыл о грусти.
— Кун шепнул перед отъездом. Представляешь, чего ему стоило не сказать об этом? Он, кажется, взрослеет, твой старший брат.
На следующее после совместного завтрака утро Зося проводила внука еще одним многозначительным заявлением.
— Это хорошо, что ты не похож на Джека Воробья. И рисунки на спине у тебя отвратительно-восхитительные.
— Ба! — Бэй обнял ее на прощание и повторил просьбу, которую уже озвучил несколько раз до отъезда — что ей стоит залезть в коляску и играть обычную старушку, если кто-то начнет интересоваться ее здоровьем.
Кайт отвез Кобейна к гаражу, где стояла взятая на прокат машина.
— Детектив, играющий в шпионские игры, — бросил он, осматривая друга.
Бэй был налегке — только спортивная сумка с собой.
— Куда ты?
— Пока в Лондон, потом видно будет. И спасибо за помощь. Особенно за комп.
Кайт вернул ему проверенный планшет и жесткий диск. А также занимался его телефонами, чтобы Бэй мог получать сообщения, приходившие на старые номера.
— Не за что. Таша замуж выходит, — сказал он, когда Кобейн садился за руль.
— За Курта? Я очень рад за них.
— И Карина решила пропустить целый сезон.
— Мне очень жаль, — Бэю действительно было жаль, но он спешил. — Поддержи ее. Ты хороший парень, Кайт, она это поймет. Не может не увидеть.
Друг усмехнулся на прощание.
— Она еще ослеплена тобой.
Бэй спешил в Лондон, выбрав паром, чтобы лишний раз не светиться документами. Он не набрался наглости и смелости, чтобы звонить Гашику, и пока не знал, как добиться встречи с Ракшивази. Сначала ему хотелось найти Гордона. Еще в декорациях румынских гор, перебирая возможные шаги для поисков, Кобейн остановился на неприветливом английском детективе и теперь обдумывал вопросы для встречи.
