— Такое редко случается, но, поверь, в городе никто бы не прятался под крышами, как мы сейчас. Правда, обливание из ведер не имело бы такого эффекта, — Наследник стоял рядом, закрывая Ану собой от неловких движений танцующих прохожих, забывших, что можно просто ходить, и грозивших выбить из рук стаканы и еду. — Тебе нужен короткий отдых! — крикнул он, когда мимо шла труппа музыкантов, оглушая площадь воем труб, а потом, взяв за плечо, потянул Ану в сторону, к узким улицам. Скользнул вместе с ней в спасительную тишину. Раз. Потом еще, пока они не оказались у высокого обрыва, за последними домами города. Глубокий овраг отделял столицу от дворцового холма, убегая с двух сторон в темноту. Пестрая иллюминация дворца немного поблекла в ярком свете Второй луны, но безумная ночь продолжалась за его высокими стенами, продолжалась она и в столице за спинами Аны и Ларса. Только они нашли островок относительного спокойствия, чтобы перевести дух и услышать друг друга.
Ана ждала и опасалась момента, когда останется наедине с Наследником. Что сделает Ларс? Скроется за привычными стенами самоконтроля и отдалится, или даст волю давно сдерживаемым желаниям и напугает Ану своей решительностью, как тогда, в Австрии? Оба варианта грозили разрушить хрупкое состояние без боли и обид, возникшее между ними всего пару часов назад. Даже солнечный взгляд другого мужчины не тянулся больше из воспоминаний, словно вода подземной реки Долины вымыла с души и тела все следы другого мира.
Ларс не переходил границ, опасаясь нарушить возрождающееся доверие. Он чувствовал, что Ана снова открывается ему и тянется навстречу, и не торопил. Только ласкал ее лицо темным взглядом… Сказал совсем тихо:
— Какая же ты красивая!
От его тихого голоса пузырьки шампанского побежали от сердца Аны до кончиков пальцев, щекоча и заставляя улыбнуться. Дождь продолжал моросить, давно насквозь промочив весь город и его жителей. Ларс бережно провел прохладными ладонями по щекам Аны, убирая мокрую прядь, и коснулся носа жестом Мирна. Внутри нее лопнула натянутая струна, заставляя выдохнуть одним сухим рыданием:
— Я все испортила… — она отвернулась, пряча глаза, не в силах выдержать взгляд Наследника. — Я все испортила, Ларс.
Секунда молчания, и ладони Наследника захватили в плен ее лицо, заставляя повернуться. Он потянулся к Ане и выдохнул ей почти в губы:
— Мы все исправим, слышишь? — в его голосе звучала такая уверенность, что Ана решилась поднять глаза. — В том, что произошло, есть и моя вина, я толкнул тебя на безумный поступок.
И, несмотря на то, что воспоминания о земном мужчине не находили пути к ее сердцу, в хрустальной искренности момента не было места лжи.
— Было бы неправдой сказать, что это только месть, — едва слышно прошептала она. Признание давалось с трудом, слова застревали во рту, цепляясь за зубы. Впервые после долгих лет Ана заикалась, как Татия. — Что я ничего не чувствую, не чувствовала.
Слезы полились вслед за каплями дождя.
Наследник остановил неприятные для него откровения, приложив пальцы к губам Аны. Не давая себе отчета в том, что делает, она порывисто поцеловала их. Рука Наследника дрогнула, и он привлек Ану к себе, удерживая за затылок.
— Его не должно было случиться. Не могло быть между нами. Но мы все исправим. — Слова рождались глубоко в груди Ларса и вырывались под глухие, напряженные удары его сердца. — Он — ошибка. Твоя. Моя. И принадлежит другому миру. В нем и останется навсегда! — голос Ларса стал жестким, настойчивым, словно Наследник убеждал и ее, и себя. Принимал решения за двоих. — Навсегда останется в прошлом.
— Ты веришь, что у нас все получится? — осторожно спросила Ана, не понимая чувств, раздиравших ее на части — она стояла рядом с одним мужчиной, тянулась к нему, пряталась в его объятиях, но испытала боль от слов, что другой, с солнечным взглядом, покидал ее сердце, куда влез непрошенным, навсегда.
— Конечно, у нас все получится, — уверенность Наследника всегда была мачтой для паруса Аны под буйными порывами штормового ветра.
— Мне нужно немного времени, — прошептала она, — мне нужно немного времени, — повторила, прикрывая глаза. Ей нужно было это время, чтобы заполнить тоскливую пустоту в душе.
Ларс гладил ей спину и расправлял мокрые волосы.
А Ана думала о дожде…
Он развел их в Голландии, но снова соединял в Долине.
— Я знаю. Я подожду. И найду путь обратно к твоему сердцу, чтобы заполнить его собой. Ты моя, Ана. Только моя.
Через час отмытые от грязи, в свежей одежде, с наспех обработанными ссадинами и синяками, которые у Ларса и Аны темнели на всех частях тела, включая лицо и шею, с перетянутыми в хвосты мокрыми волосами Наследника и девушки и с безуспешно прилизанным ежом Мирна, трое Скользящих склонили головы под гневным взором Короля Закатных, сжимая плечи от его громового крика.
— Я начинаю сомневаться в здравости ума Наследника престола и преданности его команды! — рычал Аларик.
