Ана рванула вперед, но оказалась поймана сильными руками.
— Это не Гая, успокойся, — от сердца отлегло, но оно продолжало сжиматься от страха и биться о ребра.
Светильник на столе почти выгорел. Через распахнутое окно в комнату лился свет Второй луны и касался голого мужчины, лежавшего посреди комнаты на полу. Белье на кровати было перевернуто, валялись горки поспешно сброшенной одежды, среди которой Ана узнала платье подруги.
Всегда такая аккуратная, а все вещи на полу! Аккуратная, но страстная. А Коп сводил Гаю с ума своими любовными играми. Ана уже не знала, под какой подушкой прятаться от подробностей. Какие идиотские мысли… когда рядом…
Смерть была ужасна не только запахом, сладко-кислым, выворачивающим наизнанку внутренности, но своей небрежностью и равнодушием к тому, в каком нелепом виде застыл труп. Лежал, бесстыдно раздвинув ноги, с темными пятнами крупных синяков. Руки мужчины были неестественно вывернуты. На обезображенном болью лице выделялись застывшие глаза и смотрели в потолок. Ана согнулась пополам, и ее вытошнило прямо под ноги. Дэш подскочил к ней, выдергивая из рукава платок, оттащил девушку к раскрытому окну, разворачивая к безлюдной улице.
— Стоять можешь? Не поворачивайся.
Он вернулся с кувшином и плеснул воды в лицо Аны, умывал ее как ребенка, пока она не отвернулась и не вытянула из его рук платок.
— Хватит. Сейчас. Я буду в порядке.
Гаи в комнате нет, значит, есть надежда. Слабостью подруге не поможешь.
— Дыши глубоко.
Парень отошел от нее, по звукам Ана догадалась, что он сдернул с кровати простыню или покрывало и накрыл мертвеца. В голову опять полезли дурацкие мысли, что убитый был при жизни очень привлекательным. Гая все время трещала о его чувственных губах. Такая несвоевременная мысль, потому что тут же подкатила новая волна тошноты, и Ана едва сдержалась, хватая большими глотками приятный ночной ветер. С дождями в нем появились ароматы Весны и молодой зелени.
— Мы сами не справимся. — Дэш замер сзади. — Придется звать помощь. На тебе наверняка есть маячки от Мирна, они могли уже сработать от твоих переживаний, но надо немного усилить сигнал и направить его.
— Ты собираешься выбросить меня из окна? — вскинулась Ана и получила в ответ такой же несвоевременный, несуразный смех.
— Ты мне нужна для Отбора, забыла?
Мирн появился через несколько минут с четырьмя охранниками из Королевской гвардии. Они застыли на улице под окном. Потом по сигналу Дэша направились к входу в постоялый двор. Когда за спиной раздались звуки шагов, Ана повернулась. Оказалось не так страшно. Тяжелый запах разбавил ночной ветер, завладевший комнатой, а простыня скрыла самую страшную картину, оставляя на обзор только следы страстной ночи и быстрой драки. Было неприятно думать, что чужие люди видят одежду Гаи и ее белье на полу, словно получили возможность подсматривать за девушкой.
— Все объяснения потом, я так полагаю? — Мирн подошел к Ане и на короткое мгновение прижал ее к себе. Она была благодарна другу за то, что не дал волю раздражению или злости и не стал мучить вопросами.
Дэш заговорил с бастардом:
— Скрыть убийство человека из личной охраны Советника Картена будет невозможно, но желательно, если оно не окажется связано с Аной.
Мирн кивнул и направился к пришедшим с ним охранникам.
— Как быть дальше? — спросила Ана.
— Ищи следы.
— Что?
— Прислушивайся к себе, закрой глаза, ищи. Она твоя подруга. Прошло много времени, но могли остаться вещи, впитавшие эмоциональный фон, выплески энергии. Отметки. Любые следы. Дай руку.
Ладони Аны оказалась в ладони Дэша, и он еще раз сказал ей закрыть глаза.
Да, он прав. Зрение только мешает.
Сколько длилось погружение в совсем иные звуки, чем те, что раздавались вокруг, понять было невозможно, но в какой-то момент Ана окунулась в тяжелую, осязаемую тишину, казалось, протяни руку и почувствуешь ее ватную структуру. В плотном месиве появились волны, короткие и длинные, глухие и высокие, все трудноразличимые, до тех пор, пока Ана не уловила ту, в которой был отзвук испуганного женского крика, и потянулась к ней. Открыв глаза, она увидела рядом с Дэшем мужские фигуры, размытые мутной белизной.
Мужская ладонь сжала руки Аны, почувствовав ее испуг. Девушка успокоилась и стала снова тянуться к моменту, когда темные тени шагнули от окна внутрь, и потеряла видение. Развернулась к кровати и снова потянулась, ища нужную волну до тошноты и кругов перед глазами. Ане казалось, что снова, как у стены Мадигве, она разделилась на части. Стояла рядом с Дэшем и делала неуверенные шаги по комнате, как ребенок, испытывающий прочность своих ног. Так продолжалось до тех пор, пока не вернулись темные тени, к ним присоединились еще две, мужская голая, подскочившая с постели, и женская, забившаяся под покрывало. Размазанные линии борьбы, и вдруг что-то очень маленькое блеснуло, упало на пол, закатилось под кровать.
