Вот как? После проверки у Короля Истинный объявил Аларику, что не видит смысла в дальнейших осмотрах Аны. Что знаки на ее спине полностью проявились. Особыми чернилами, с отсроченным действием, пользовались столетия назад странствующие жрецы из запрещенной секты. Считалось, что их давно нет в Долине, но спина девочки говорила об ином. Так что стоило искать жреца-отступника, а не пытаться разгадать тайны рисунков. Сама Ана не представляла больше особого интереса для Храма.
О вердикте Истинного рассказал Ларс. Такая же история была представлена Старейшине Раму, и в одночасье из таинственной и опасной зверушки Ана превратилась в брошенного ребенка из Рассветных с нестабильным даром, с татуировкой на спине от странствующего жреца из запрещенной секты. Конечно, в получившейся версии осталось много тайн, но их возможная значимость стала меньше, а сам Истинный подчеркнул потерю интереса к девушке.
Вот только Ана не верила в эту историю. Слова жреца не совпадали с теми, что он говорил Ларсу во время постыдного осмотра, и то, что Дэш все еще должен был присматривать за ней, подтверждало — Истинный не потерял к ней интерес, но он хотел, чтобы его потеряли другие.
Отношение жреца изменилось после посещения разрушенного города. То, что произошло с Аной у каменного креста, имело значение. Ее видения и камни, которые Истинный забирал себе, запрещая говорить о них, имели значение. Вот только как узнать — какое?
Появился и еще один вопрос — если Дэш следил за ней, то почему не оказался рядом во время нападения в городе?
— Оказался, но немногим раньше Королевской охраны. А видеть мое присутствие им было ни к чему. Зато у стрелявшего из арбалета начались проблемы с прицелом. Этого было достаточно. — Дэш сверкнул в свете Второй луны зубастой улыбкой.
А у Аны покрылись потом ладони. Если Дэш прибыл первым, то Мирн был прав, убить пытались ее. Значит, Гая может быть в большой опасности.
Поиски начались с Фин из прачечной. Хозяйственные постройки располагались за тренировочными полями в самом конце сада. Попасть в комнату подруги оказалось несложно, и пока Дэш отправился за прачкой, Ана быстро осматривала место, где жила ее подруга. Гая обманывала, расписывая свою комнату как хоромы — та была чуть больше каморки в доме поварихи. Из мебели — кровать, стол и шкаф. Но во всем чувствовалось присутствие подруги. Чистенько. Покрывало с вышивкой на кровати, наволочка с таким же рисунком. На столе в маленькой вазочке повесил голову цветок. Вещи аккуратно сложены в шкафу.
С каждой минутой ожидания тревога за подругу росла. Особенно когда Ана смотрела на детский рисунок, прикрепленный на стенку у изголовья кровати, нарисованный для мамы маленькой Гаей. Взрослая Гая не уехала бы, не забрав его с собой.
В связи с приездом гостей работы во дворце было очень много, и большинство слуг не отпускали домой, поэтому Дэш вернулся в комнату с заспанной и перепуганной Фин. Увидев взволнованное лицо Аны, он не стал терять времени и перенес всех троих к границе города, в сторону рабочих кварталов. Ана потребовала, чтобы Фин показала, где встречались Гая и ее таинственный поклонник, который оказался охранником одного из Советников, и после короткого колебания прачка привела их к постоялому двору.
— Здесь они всегда встречались. У этого Копа есть дом в городе, но он всегда приводил Гаю на ночь сюда. А эта дурочка еще воображает, что у него чувства! — даже страх не мешал Фин язвить, и Ана едва сдержалась, чтобы не вцепиться в волосы высокой круглощекой девушке. Слишком желанной жертвой была прачка, чтобы выместить раздражение и страх за подругу.
И горькую обиду — за нее же.
Коп Шеридан, как звали возлюбленного Гаи, оказался племянником хозяина постоялого двора. Он снабжал родственника клиентами со двора и за это мог когда угодно и на любое время пользоваться для свиданий номером в пристройке на несколько комнат, тянувшейся за ресторацией.
— Пришел со своей девкой вчера ночью, просил не беспокоить. Утром еду заказывал, а больше я его не видел, — сердито рассказывал хозяин, бросая в сторону Дэша злые взгляды.
— И номер вы весь день не проверяли и этой ночью постояльцев тоже не беспокоили?
— Это наши договоры с племянником, и о них я никому отчитываться не должен, — полноватый мужчина с глубоко посаженными глазами смотрел на руку Дэша на столешнице перед его носом, прикрывающую несколько монет, но рассказывал больше от страха перед одаренным, чем от желания подзаработать.
Сквозь щель под дверью пробивался тусклый свет, словно постояльцы еще находились внутри. Вот только тишина в ответ на стук была поглощающей. Дверь оказалась заперта изнутри на засов и выходившее во двор окно — закрыто. Оставалось еще одно, на соседнюю улицу.
Страх Аны давно превратился в панику, а подозрения — в уверенность, что Гая попала в беду, и страшные мысли кружили голову до тошноты, но девушка держалась. Дэш убежал через ворота на улицу и через несколько минут послышались его шаги в номере, дверь распахнулась, и на лице парня, непривычно бледном и хмуром, был написан страшный приговор.
