— Прошу, лейтенант.
— Благодарю.
Ева проводила ее взглядом — столь грациозная походка на трехдюймовых каблуках казалась ей цирковым номером — и со вздохом вошла в кабинет Рорка.
Как она и предполагала, кабинет оказался весьма внушительным. Но при всей фантастичности панорамы громоздящегося внизу Нью-Йорка, изысканности темно-синей и изумрудной мебели и необычности многослойного потолка в кабинете доминировал человек за письменным столом. Она просто не могла оторвать от него взгляд!
Рорк встал и ослепил ее улыбкой.
— Лейтенант Даллас! — протянул он, утрируя свой занятный ирландский акцент. — Видеть вас — удовольствие, как всегда.
— Не знаю, что будет с вашим удовольствием, когда я закончу.
Он приподнял бровь.
— Сначала начните, а там видно будет. Кофе?
— Не пытайтесь меня отвлечь, Рорк!
Ева старалась держаться строго официально, но любопытство все-таки победило, и она оглядела помещение. Удалив крышу, здесь вполне можно было бы сажать вертолеты. Вся начинка первоклассного отеля: автоматизированный бар, мягкое кресло для отдыха со встроенным пультом, при помощи которого можно было управлять всей видео- и аудиоаппаратурой, огромный экран на стене, в данный момент потушенный. Слева — распахнутая дверь в ванную с джакузи и кабиной-сушилкой, справа — офисное оборудование высочайшего класса.
Рорк наблюдал за ней с учтивой улыбкой.
— Как насчет экскурсии, Ева?
— Обойдусь. Не понимаю, как вы здесь работаете… — Она развела руками, указывая на прозрачные стены. — На открытом месте.
— Не люблю замкнутого пространства. Желаете присесть? Или предпочитаете пройтись?
— Предпочитаю стоять. У меня к вам вопросы, Рорк. Вы вправе потребовать присутствия адвоката.
— Я арестован?
— В данный момент — нет.
— Тогда не буду беспокоить адвокатов раньше времени. Спрашивайте.
Ева смотрела ему прямо в глаза, но при этом следила за его руками, зная, что руки всегда выдают чувства. Однако Рорк, очевидно, тоже это знал и небрежно засунул их в карманы брюк.
— Меня интересует позавчерашний вечер, между восемью и десятью часами. Где вы в это время находились?
— Кажется, здесь — до восьми с минутами. — Он вынул одну руку из кармана и нажал какие-то клавиши. — Да, точно. Я выключил монитор в восемь семнадцать, покинул здание и поехал домой.
— Сами или с водителем?
— Сам. Я держу здесь машину. Зачем ставить работников в зависимость от моего настроения?
— Надо же, как демократично! — «И очень неудобно», — добавила про себя Ева: она предпочла бы, чтобы у него оказалось твердое алиби. — Что потом?
— Выпил бренди, принял душ, переоделся. У меня был назначен поздний ужин с одним человеком.
— Насколько поздний? Что за человек?
— Я прибыл на место ровно к десяти — не люблю опаздывать. Я был в гостях у Мадлен Монмар.
Ева вспомнила роскошную блондинку с чувственным ртом и миндалевидными глазами.
— Актриса?
— Да. Кажется, мы с ней повздорили. Вам от этого легче?
Она пропустила сарказм мимо ушей.
— Кто-нибудь может подтвердить, где вы были между восемью семнадцатью и десятью вечера?
— Возможно, меня видел кто-то из слуг. Но я слишком хорошо им плачу, так что, боюсь, они подтвердят любые мои слова. — Он нахмурился. — Еще одно убийство?
— Лола Старр, проститутка с лицензией. В ближайший час прессе будут сообщены кое-какие подробности.
— Но не все?
— Вы могли бы соорудить глушитель для старинного пистолета, Рорк?
Выражение его лица не изменилось.
— Когда-то увлекался подобными вещами. У вас утомленный вид, Ева. Наверное, всю ночь не смыкали глаз?
— Такая работа. Вы были знакомы с Лолой Старр?
Она запустила руку в портфель и достала фотографию, найденную в квартире Лолы: милая девушка-эльф с бойкой улыбкой до ушей.
Фотография легла на стол, и глаза Рорка сверкнули. На сей раз Ева расслышала в его голосе нечто, напоминающее жалость:
— Разве в таком юном возрасте выдают лицензию?
— Четыре месяца назад ей исполнилось восемнадцать. В день своего восемнадцатилетия она подала запрос о выдаче лицензии.
— Господи, о чем она думала?! — Рорк оторвался от фотографии и поднял глаза на Еву; в них действительно читалась жалость. — Нет, я не был с ней знаком. Проститутки — это не для меня. Дети тоже. — Он взял фотографию, обошел стол и подал ее Еве. — Сядьте.
— Вы когда-нибудь…
— Да сядьте вы, черт возьми!
Он с внезапной яростью схватил ее за плечи и принудил опуститься в кресло. От неожиданности она едва не выронила портфель, из него на пол высыпались фотографии Лолы — уже без бойкой улыбки до ушей.
Ева могла бы дотянуться до них первой — реакция у нее была не хуже, чем у Рорка. Но что-то заставило ее помедлить — возможно, она хотела, чтобы он это увидел.
Рорк нагнулся и поднял фотографию, сделанную на месте преступления. Его глаза расширились.
— Господи боже мой! — проговорил он чуть слышно. — И вы считаете, что я на такое способен?
— То, что я считаю, к делу не относится. Я расследую… — Она осеклась, почувствовав на себе его разъяренный взгляд.
— Считаете, что я способен на такое?! — повторил он еще тише, еще более зловеще.
— Нет. Я просто выполняю свою работу.
— Дрянь, а не работа!
Она собрала фотографии и закрыла портфель.
