Соломон построил себе великолепный дворец из золота, возвел роскошные покои, украшенные золотом, для тысячи своих жен. Птицы и звери сами приходили на кухню, чтобы пополнить его кладовую. Не было такого желания, какое он не мог бы удовлетворить, но мудрость была ему щитом от порока. Он был благочестивым человеком, почитавшим своего бога, Иегову, которому воздвигал величайший из храмов, когда-либо создававшихся человеком. В этом храме он насадил золотые деревья, плодоносящие круглый год. Соломон любил золото.
Билкис подумалось, что Соломон – единственный властитель в мире, достойный её. Она всё думала, как бы увидеться с ним, однако путешествие сулило почти непреодолимые препятствия и тяготы. Каравану потребовалось бы семь лет, чтобы дойти из Китора в Иерусалим. Царица уже почти примирилась с мыслью, что не встретится с великим монархом, когда один странный случай заставил её действовать.
Билкис поклонялась солнцу, которое покрыло всё её тело загаром цвета темного мёда. Как-то днём, когда она возносила молитвы Богу Солнца, ей на плечо села птица со странным оперением, торчащим хохолком и длинным, загнутым клювом. Царица никогда раньше не видела таких птиц. К ее крылу был привязан кусок пергамента. Билкис взяла его. Это было приглашение от царя Соломона. Он хотел, чтобы царица прибыла в его столицу. Если же она ослушается, Соломон угрожал вторгнуться в её царство с армией зверей, птиц, демонов и злых духов.
Билкис улыбнулась. Она не верила в духов и демонов, и не принимала всерьёз слухи о магических способностях Соломона. Она знала, что цари обычно окружают себя мистической атмосферой всемогущества и таинственности, чтобы внушать благоговейный страх народам. Сама она тоже порой прибегала к шарлатанским трюкам, чтобы произвести впечатление на министров и подданных.
Вернувшись во дворец, она описала странную птицу главному знатоку животных при её дворе. «Это, видимо, удод, – сказал он, – дикая горная курочка, которая не водится в наших краях».
Билкис посоветовалась с астрологами и географами, чтобы отыскать кратчайший путь в Иудею. После многочисленных споров и обсуждений они наметили маршрут, который сокращал путь вдвое. После этого царица отправила послание Соломону, в котором принимала его приглашение, а также караван с тремя тысячами прекрасных девушек и тремя тысячами красивых юношей, которые все родились в один день, все были одного роста, и все одеты в великолепные пурпурные наряды.
– Зачем понадобился этот роскошный подарок? – поинтересовался Ван Нордхайм.
– Билкис надеялась, что некоторые из её подданных попадут во дворец или в гарем Соломона. Это было своего рода разведывательное подразделение, призванное собрать о царе всю возможную информацию.
Спустя несколько месяцев царица пустилась в путь. Её сопровождала многочисленная свита, а также огромный караван, который вёз мешки с золотом, сундуки с драгоценными камнями, ларцы из слоновой кости с редкими пряностями и благовониями, а также семена бальзамового дерева, которое не росло в Иудее. Двадцать тысяч верблюдов и десять тысяч мулов везли царицу Билкис, её придворных и слуг через пустыню, через песчаные дюны и оазисы, через реки и горы в далекий Иерусалим.
Задолго до того, как она достигла царства Соломона, шпионы сообщили ему о приближении царицы. Царь послал своего министра Ванею навстречу ей. Министра сопровождал Хаппи[33], юноша прекрасный, как заря. Смуглый, с оливковым цветом лица, сияющий, с улыбкой на устах и весёлыми глазами; считалось, что он может доставить удовольствие любой женщине. Но Билкис не интересовали юноши. Все её мысли были поглощены предстоящей встречей с Великим Царем.
Посланники Соломона приветствовали царицу Билкис. Они поведали ей, что к Соломону, когда он в двенадцать лет взошел на трон, обратился Иегова и спросил, чего он желает больше всего. Юный правитель ответил: «Единственное, чего я желаю – это мудрость». Его скромность так понравилась Иегове, что он дал Соломону всего в избытке, включая мудрость.
От них она также услышала историю о двух матерях, которые родили детей под одной крышей. Один младенец умер, и каждая женщина утверждала, что ребенок, который остался в живых, именно её. За разрешением спора они обратились к царю. Трудный случай, но царь был мудр. «Я не могу решить, чей это ребенок, – сказал он. – Поэтому я прикажу разрубить его на две части, и отдам по половине каждой матери». Женщина, ребенок которой умер, молчала. Но настоящая мать кинулась к ногам царя. «Сохрани жизнь моему ребенку, даже если я должна буду расстаться с ним!» – воскликнула она. «Ребенок твой», – рассмеялся царь, довольный тем, что его хитрость удалась.
