Бейли шел навстречу свободе, его сердце учащенно билось в предвкушении чего-то необычного, и вдруг пропустило удар. С противоположной стороны коридора к двери приближался еще один робот. Что там еще случилось?
- В чем дело? - рявкнул Бейли.
- Вам сообщение от главы департамента безопасности Солярии, Атлбиша, господин, - сказал робот.
Бейли взял персональную капсулу из рук робота, и она открылась без его участия. Бейли это не удивило: среди его документов были и отпечатки пальцев. Соляриане, вероятно, настроили капсулу таким образом, чтобы она реагировала на его отпечатки. Внутри оказалась полоска бумаги с рукописным текстом, свернутая в трубочку.
Он прочитал сообщение и его длинное лицо расплылось в удовлетворенной улыбке. Это было официальное разрешение на любые личные встречи, при условии, что другая сторона согласится на такую встречу. Тем не менее, последней настоятельно рекомендовалось оказывать любую посильную помощь в расследовании, проводимом правителями Бейли и Олива.
Атлбиш капитулировал. Полностью. Он даже поставил имя землянина перед именем Дэниела, жителя Авроры. Это было отличным знаком и позволяло надеяться, что теперь расследование будет вестись как было задумано изначально.
Бейли снова был на борту воздушного судна, как тогда, когда летел из Нью-Йорка в Вашингтон. Однако имелось одно отличие. Самолет не был полностью закрыт. Окна оставались прозрачными, Снаружи был ясный, солнечный день, и с того места, на котором сидел Бейли, окна казались голубыми лоскутками, унылыми и однообразными. Он пытался не ежиться, и только когда терпеть становилось абсолютно невозможно, прятал лицо в коленях.
Но он выбрал это суровое испытание по своей воле. И оно стало его звездным часом. Он почувствовал себя свободным. Бейли смог одержать верх сперва над Атлбишем, потом над Дэниелом. Его почти распирало от гордости, от ощущения превосходства Земли над внешними мирами.
Пройдя по открытому грунту планеты, он поднялся в ожидающее его воздушное судно, испытав при этом всего лишь легкое головокружение, показавшееся в каком-то смысле даже приятным. На волне все того же ощущения маниакальной уверенности в своих силах он приказал не закрывать окна.
«Я привыкну», думал он, устремив взгляд в бессмысленную голубизну окна, ощущая учащенный пульс и подступавший к горлу ком.
Иногда ему приходилось закрывать глаза, иногда прятать лицо в руках. Чувство уверенности в себе медленно, но неуклонно утекало через невидимую брешь, и даже ощущение кобуры на поясе с полностью заряженным бластером не могло заткнуть эту течь.
Он попытался сконцентрироваться на своем плане атаки. В первую очередь, нужно было более детально разобраться в том, что здесь происходит, узнать местные обычаи, расчистить площадку для работы, иначе его ждет провал.
Повидаться с социологом!
Он спросил робота, кто на планете самый знаменитый социолог. Единственное, чем Бейли нравились роботы, так это тем, что они не задавали вопросов.
Робот сообщил имя, необходимые подробности, а также добавил, что в настоящее время у социолога может быть обед и, следовательно, он может предложить перенести встречу.
- Обед? Не смешите меня. До полудня еще два часа, - возмутился Бейли.
- Я говорю о местном времени, - пояснил робот.
Некоторое время Бейли непонимающе смотрел на робота, потом сообразил. На Земле, с их погребенными под поверхностью городами, день и ночь, режимы сна и бодрствования, устанавливались людьми таким образом, чтобы это было удобно человеку и планете в целом. На планете вроде этой, лежавшей нагишом под Солнцем, день и ночь человеком никак не контролировались, напротив, человека бесстыдно выставляли на показ.
Бейли попытался представить мир в виде вращающейся сферы, которая то освещалась светом, то погружалась во тьму, - получалось с плохо. Он даже почувствовал жалость к гордым Космонитам, которые позволяли превратностям времени определять распорядок жизни.
- Все же свяжитесь с ним, - распорядился Бейли.
Когда самолет с Бейли приземлился, его уже ждали роботы. дрожа всем телом, он снова вышел в открытое пространство. - Дай мне на тебя опереться, парень, - прошептал он ближайшему роботу.
Социолог, напряженно улыбаясь, ожидал его в глубине холла. - Добрый день, мистер Бейли, - произнес он.
Бейли кивнул. - Добрый день, сэр, - ответил он, пытаясь совладать с дыханием. - Не могли бы вы закрыть окна?
- Они уже закрыты, - произнес социолог. - я немного знаком с обычаями землян. Не проследуете ли вы за мной?
Бейли шел за социологом по запутанным лабиринтам коридоров, стараясь держаться на внушительном расстоянии. Ему удалось обойтись без помощи роботов. В конце концов они оказались в большой, тщательно декорированной комнате, и Бейли получил возможность сесть и отдохнуть, чему он был несказанно рад.
