Она все еще пребывала под впечатлением от его мощи, поэтому не сразу смогла ответить. Ее мозг был занят совершенно неуместными мыслями… например о том, на что еще было способно его тело.
И нет, речь шла не о домашней уборке.
— Что именно здесь происходит? — спросила Талла.
Мэй тряхнула головой, проясняя мысли.
— Мы обо всем позаботимся. Не волнуйся. — Она взглянула на Сэвиджа. — И да, э-э… на кухне есть черный ход. А еще в подвале защитная дверь, но она стальная и наглухо заперта.
Он резко кивнул.
— Я позабочусь о безопасности на кухне. Ты поработай с окнами. — Он повернулся к Талле и поклонился. — Простите меня за беспорядок в вашем доме, мадам. Но это необходимо для обеспечения вашей безопасности.
Талла покраснела, как будто ей было шестнадцать, и ее пригласили на медленный танец.
— Да, конечно. Делайте, как посчитаете нужным.
— Премного Вам благодарен.
Мэй подошла и взяла женщину за руку.
— Посиди здесь. Я не хочу, чтобы ты снова потеряла сознание.
Пока она усаживала Таллу в кресло, Сэвидж по дороге на кухню закрывал ставни, запирая подвижные панели крючками на подоконниках. С занавесок поднималась пыль, что навело Мэй на мысль, что меры предосторожности для защиты от солнца игнорировались уже давно и на регулярной основе.
Значит, Талла проводила дни в подвале в одиночестве, без защиты, когда приходилось подниматься наверх. Если бы начался пожар? Если бы возникла какая-то проблема?
— Оставайся здесь, — сказала Мэй с тяжестью на сердце.
Вбежав на кухню, она закрыла ставни и надежно защелкнула их… над раковиной, у стола, даже на самых маленьких окнах в кладовке и в небольшой уборной.
Мэй вышла из уборной и замерла.
Сэвидж устроил еще одну схватку, на этот раз с холодильником. Он словно двигал тостер по столешнице, и, казалось, не прилагал никаких усилий.
— Подожди! Розетка!
Как только шнур натянулся, Мэй ринулась к розетке и выдернула штекер, боясь, что он погнется или, что еще хуже, отломится.
— Спасибо, — произнес он как ни в чем не бывало.
Избегая смотреть на размах его спины и плеч, Мэй сосредоточилась на следе пыли и грязи, скопившейся под «Фригидером».
— Находка для робота «Румба», — пробормотала она.
— Что наверху?
Повернувшись, Мэй обнаружила, что он снова растирает ладони, и, оглядев его тело, ноги и руки, она подумала, насколько же удобно держать такую груду мускулов в доме. Особенно когда, знаете, что-то потустороннее набрасывается на вас на гребаной лужайке перед домом.
Мэй взглянула на стол, на котором все еще стояли кружки с недопитым чаем… вместе с ингредиентами для заклинания вызова, а также пустым серебряным блюдцем.
— Я оборудую ей комнату отдыха на этом этаже, — сказала она. — И принеси нам удлинитель для холодильника.
— Ничего, что я поднимусь наверх?
— Конечно.
Мэй собиралась приступить к делу, когда Сэвидж направился к главной лестнице. Вместо этого она снова посмотрела на стол. Бутылка уксуса, упаковка соли и измельченный лимон, а также нож для очистки овощей и серебряное блюдце… все это — не к добру, и она хотела от этого избавиться.
Мэй закрыла ставни в комнатах на первом этаже дома Таллы… и, когда услышала, как Сэвидж двигается наверху, опилки, просачивающиеся между потолочными досками, навели ее на мысль, что она должна переселить пожилую женщину в их с Роджером дом. Во-первых, была очевидная проблема, если Талла не помнила о необходимости или была не в состоянии закрывать ставни в дневное время. И, во-вторых, без серьезных капиталовложений в коттедж его структурная целостность ставилась под сомнение…
В дверном проеме появилась Талла, трость удерживала ее вес, лицо было опущено в пол.
— Я знаю, о чем ты думаешь. Вчера вечером я собиралась закрыть ставни на весь день. Правда, я хотела. Я просто устала.
— Все хорошо. — Вовсе нет. — Я просто… ну, мы поговорим об этом позже.
— Между прочим, он мне нравится. — Пожилая женщина посмотрела наверх, где раздавались тяжелые шаги. — Он очень красивый. Откуда он взялся?
Вышел из врат Дхунда, — подумала Мэй. — Чтобы мучить меня.
— «Тиндер», — пробормотала она.
— Это магазин такой?
— Вроде того. — Мэй потерла больную голову и сосредоточилась на пожилой женщине. — Ты выглядишь уставшей…
— Мне жаль, что заклинание не сработало. — Талла взяла трость в другую руку. — А что касается усталости, то после определенного возраста человек чувствует изнурение в основном от своих жизненных неудач. Дело не только во сне, моя дорогая.
— Ты меня не подвела.
— Я верила, что заклинание вызова сработает.
— Знаю и я благодарна тебе за старания.
Когда Талла, чтобы не упасть, схватилась за дверной косяк, Мэй подошла к ней.
— Как насчет того, чтобы хорошенько вздремнуть внизу. Я прослежу здесь за всем.
— Ты оставишь этого мужчину с нами? Он очень сильный. И такой красивый.
Мэй издала горловой звук. От того, что проглотила нецензурные ругательства в адрес сукиного сына.
— Мы достаточно сильны сами по себе, ты и я, — сказала она, взяв женщину под руку. — Пойдем в постель, спать. Отдыхай, пока я все выясню.
Талла не сдвинулась с места.
— Что было у меня во дворе?
