Подъехало такси Лайлы, и женщины сердечно попрощались. Из защищенного холла Мета наблюдала, как закутанная в пальто фигура пробежала сквозь метель, и машина, разбрызгивая грязь, умчалась. Мета в нерешительности остановилась перед дверью: попросить вызвать такси или отважиться на короткую прогулку к скоростной электричке? Хотя из-за навалившейся свинцовой усталости — не дававшей, тем не менее, спать по ночам — ее постоянно морозило, Мета внезапно ощутила беспокойство, распространившееся по телу волнами жара. При виде пустынных улиц она испытала страх от того, что где-то там ее может подстерегать Тилльманн. Но молодая женщина тут же отбросила эти мысли: ресторан был расположен у гавани, далеко от ее квартиры, а значит, и территории Тилльманна — если он вообще все еще в городе.
Когда подъехало очередное такси с посетителем ресторана, Мета вышла на улицу, где ветер и снег тут же рванулись ей в лицо. Она сбежала по ступенькам и едва не налетела на Карла. Потребовалось несколько мгновений, чтобы она узнала его, поскольку он закутался в шарф по самые глаза. Он же отреагировал значительно быстрее и схватил ее за плечи, словно пытаясь уберечь от падения.
— Здравствуй, Мета! Ты ведь еще не уходишь? — приветливо спросил он.
— Честно говоря, ухожу. Ева целый день сидит в галерее, потому что Сол отправился на семейную встречу. Если я сейчас же не сменю ее, она придет в бешенство.
Мета изо всех сил старалась говорить непринужденно, хотя больше всего на свете ей хотелось вырваться из этой крепкой хватки.
Брови Карла сошлись на переносице, и он смущенно посмотрел на нее.
— Честно говоря, Ева позвонила мне и сказала, что ты пошла сюда обедать. Я хотел приехать раньше, но, к сожалению, возникли неотложные дела. Почему бы тебе не составить мне компанию хотя бы на чашечку кофе?
— Ева позвонила тебе? — переспросила Мета, хотя ни капельки не сомневалась в его словах. — Что еще она тебе сказала?
Наконец-то Карл убрал руки.
— Давай поговорим об этом в тепле, — предложил он, демонстративно поднимая ворот пальто.
Мета воздержалась от ответа и спустилась еще на несколько ступенек. Карл негромко выругался и пошел за ней. Пока они быстрым шагом шли через мост, Мета смотрела на исчезающие в снегу портовые сооружения. Ей даже показалось, что где-то в снежной круговерти она увидела очертания крана. Карл пытался догнать ее, что заставляло Мету идти еще быстрее. Она не смотрела по сторонам и даже перестала понимать, где же, собственно, находится, когда Карл грубо схватил ее за плечо и заставил остановиться.
— Почему ты убегаешь от меня? — спросил Карл, с трудом сдерживая злость и раненую гордость.
— Я не убегаю от тебя, я просто не хочу больше иметь с тобой ничего общего!
Еще мгновение назад Мете ничего не хотелось сильнее, чем чтобы Карл бесшумно исчез в метели. Теперь же ей доставляло удовольствие выплеснуть на него всю правду. Она вызывающе посмотрела на него.
— Думаю, Ева и Ринцо сложили два и два и сообщили тебе свеженькую новость о том, что Давид меня бросил. А еще — что я сплошной комок нервов, если не ухожу с головой в работу.
Карл только кивнул.
— И что, ты собираешься меня утешать?
— Нет никакой причины набрасываться на меня, — заявил Карл, постепенно обретая привычную уверенность, после того как внезапное нападение Меты ненадолго выбило его из колеи. — В прошлом мы оба совершали ошибки. Тебе не кажется, что сейчас самое время подвести черту под этими нелицеприятными историями?
— С удовольствием! Подвести черту? Чудесно! Я могу идти?
— Может, тебе следовало бы подумать, каково мне бежать за тобой, после того как ты была с тем идиотом, который тебя еще и бросил. Это многое говорит о моих чувствах к тебе. Возможно, я заслужил нечто большее, чем такое обращение.
Мета с большим трудом сдерживала закипающий гнев. Ей доставило бы огромное удовольствие ударить Карла.
— Так вот, значит, каково твое представление о рыцарстве! — вместо этого сказала она подчеркнуто спокойно. — Пока ты развлекаешься с моей сестрой и не знаю уж какими еще женщинами, бракованным товаром оказываюсь я, потому что связалась с парнем не из того общества. И ты хочешь, чтобы я наградила тебя за бесконечное великодушие и готовность принять меня обратно?
Хотя от холода лицо его и так было бледным, услышав эти слова, Карл побелел еще больше.
— Значит, эта полоумная Эмма все тебе рассказала?
Так же внезапно, как и вспыхнула, ярость отступила.
Мета закрыла глаза и отчаянно захотела оказаться в постели, свернуться калачиком и вдыхать еще не выветрившийся чудесный запах Давида.
— Ты прав насчет черты, Карл. Давай забудем обо всех этих историях. То, что было между нами, уже позади. Не из-за Эммы, не из-за Давида. Просто нам с тобой нужны совершенно разные вещи. Давай согласимся с этим.
С озадаченным видом Карл снял шапку и провел ладонью по волосам, так что они встали торчком. Вопреки желанию, Мета пожалела его. Карл просто не привык быть отвергнутым. Со своей точки зрения он только что привел самое неопровержимое доказательство любви, на какое только был способен.
