Она поднялась с дивана, сделала несколько шагов, повертела затекшей во время сна шеей. И, хотя стояла к Харламову спиной, все равно чувствовала на себе его взгляд. Анна обернулась. Так и есть – он выжидающе смотрит на нее.
– Что еще говорят? – спросила она насмешливо.
Но Харламов даже не улыбнулся. Анна Сергеевна подошла к нему ближе.
– И ты тоже так думаешь?
– А я не знаю, что думать. Ты пришла после отпуска вся такая довольная, глаза блестят. – Спокойно ответил он.
– А если я просто соскучилась по всем вам? Может ведь такое быть?
– Не знаю. Что-то я не много видел людей, радующихся окончанию отпуска.
– А, может, я исключение?
– Может. – Он внимательно смотрел на нее.
– И вообще со мной столько всего произошло за время отпуска, что даже страшно подумать!
Он вопросительно поднял брови.
– И потому я действительно была рада вернуться сюда. Увидеть всех вас. Заняться привычными делами. Меня это по настоящему радовало.
– А муж?
– Муж? А у меня нет мужа. У бывшего, надеюсь, все нормально. Еще вопросы будут?
Он не ответил, но взгляд отвел. Анна постояла перед ним, потом села обратно на диван. Почему ей так хорошо, когда Иван рядом? Даже когда они оба просто молчат…
– Почему вы с женой разошлись? Если, конечно, не секрет?
Харламов усмехнулся, но ответил не сразу.
– Не секрет. Она встретила хорошего человека и уехала с ним.
– Далеко?
– Очень. В Англию.
– Ого! Он, что, иностранец?
– Дипломат.
– Круто, как сказала бы моя дочь.
– А моя так не сказала. Обиделась на мать, почти год с ней не общалась. Хотя та даже звала ее к себе.
– Давно вы расстались?
– Пять лет назад.
– Почему же ты до сих пор один?
– А ты почему одна? – Иван Николаевич развернулся к ней.
– Ну-у… Мне было больно и обидно просто до жути, особенно сначала. И больше я такого уже не хочу. А потом – зачем мне все это нужно? Дети у меня выросли, могу же я теперь пожить просто для себя?
– А ты эгоистка, – усмехнулся Харламов.
– Теперь да.
– А как же физиология?
– А твоя?
Они посмотрели друг на друга и рассмеялись.
– Ладно, хватит о грустном. Раз уж мне отказано в кофе, то пойду-ка я, пожалуй, домой.
Анна Сергеевна поднялась с дивана, расстегнула халат. Харламов вздохнул и тоже встал.
– Ну, тогда до завтра.
– До завтра.
* * *
Дни снова полетели за днями, но теперь в жизни Анны Сергеевны Гореловой снова появилось светлое пятно. После того разговора с Харламовым ни один из них не делал больше никаких попыток к сближению. Время от времени они встречались глазами, но дальше того дело не шло. И все же Анна чувствовала, что он рядом, что между ними появилось нечто большее, чем просто профессиональные отношения.
А потом судьба сделала ей еще один подарок, да такой, о каком она даже и не мечтала.
Зайдя как-то в ближайший магазин за продуктами, уже возле кассы Анна Сергеевна заметила одну из сестер-соседок. Старушка перекладывала купленные товары в довольно внушительных размеров сумку. Горелова оказалась в очереди чуть сзади нее, и потому догнала соседку уже на улице.
– Здравствуйте, Екатерина Ивановна! Давайте я вам помогу.
Старушка обернулась, узнала Анну, заулыбалась.
– Здравствуйте, здравствуйте, Анечка! Да я сама управлюсь, вы же тоже не с пустыми руками!
– У меня сумка легкая, хоть и большая. – По привычке Анна все еще таскала сумку-торбу. Раньше с ней было очень удобно ходить в магазин. Теперь надобность в большом количестве продуктов отпала, но сумку поменять Анна так и не собралась. Хотя в ней, в принципе, было удобно носить с работы и обратно свежий халат. Сейчас в ее торбе лежали полбуханки хлеба и пачка чая, и Анна взяла у соседки ее увесистую сумку.
– Спасибо вам, Анечка! – закивала бабулька. – Скоро не надо будет нам сумищи таскать. Хорошо, что я вас встретила, сразу уж новость и сообщу.
– Какую новость?
– Переезжаем мы скоро с Настасьей Ивановной. У вас теперь новые соседи будут.
– Куда это вы переезжаете?
– Алеша нас к себе забирает. Купил нам на своей улице квартиру. Не за горами уже то время, когда нам с Настасьей самим будет не управиться. А так, глядишь, хоть они с Тамарой рядом будут.
И соседка поведала Анне, что в семье внучки Екатерины Ивановны ожидается прибавление. Это будет уже второй правнук или правнучка, а квартира у молодых родителей пока что однокомнатная. Вот и решили на семейном совете перевезти старушек-сестер поближе к единственному сыну Екатерины Ивановны (ее сестрица Анастасия Ивановна вообще была одинока). Алексей жил в почти таком же поселке, как и родители Анны Сергеевны, а его дочь с семьей в соседнем небольшом городе. Суммы от продажи их квартиры как раз хватило на покупку половины дома для бабушек и на доплату, чтобы купить внучке квартиру побольше. Делить родственникам было особо нечего – сын у сестер был один на двоих, да и внучка тоже. Между собой все они ладили, и потому бабульки смело пошли на такой шаг, и надеялись, что в глубокой беспомощной старости не окажутся совсем одни.
