…Потоки омикрон-излучения казались твёрдыми, как балки. Только они и «горели» в машзале, затмевая слабое свечение индикаторов. Вокруг было черно. Гедимин не удержался, дотронулся до «балки». Шипение испаряющейся обшивки привело его в чувство. Он убрал руку и криво ухмыльнулся. Невидимые волокна, обвившие запястье, переползли на плечо.
— Уже привык? Сейчас уберём экраны. Растянешься на всю станцию.
Гедимину вспомнился шевелящийся белый «камень» на крыше древнего завода, и он едва заметно вздрогнул. «А ведь оно скоро так сможет. Оно уже немного управляет гравитацией. Наверное, и экраны само подняло бы…»
Сбоку тихонько заскрежетало. Гедимин схватился за фонарь. Скрежет раздался снова. Экран пытались приподнять, не убирая блокираторы, — кто-то, кто не знал об их существовании.
—
— Ты не дёргай их. Сейчас уберём. Расправишь щупальца, — пробормотал он, неловко поглаживая корпус реактора. Тёплые волокна дрожали на спине, то разворачиваясь вдоль лопаток, то свиваясь у позвоночника.
— У тебя теперь много сил. Когда стало шесть сборок — помнишь, как ты всё там подогрел?
Мелькнувшая перед глазами картина разгорающегося фонаря внезапно стала обжигающе чёткой и яркой. Потом её смело клубящимся световым потоком. Гедимин встряхнул головой и постучал пальцем по реактору.
— А вот так — не надо. Не надо туда полной мощностью. Оставь тут. Вон, в накопители стравливай. Они вместительные.
«У-у-у?» — неразборчиво прогудело внутри черепа. Волокна беспокойно зашевелились. Гедимин кивнул.
— Там всё хрупкое для такой силы. Сдерживайся. А то станцию разломаешь.
«У-у-у?» — щупальца намотались на плечи плотнее. Перед глазами мелькало что-то невнятное. «Кажется, он озадачен,» — подумал Гедимин. «А больше я ничего не понимаю. Нашли же контактёра…»
— Вот, — он отстегнул от пояса фонарь и, положив его на пол, оттолкнул к прочной стене. — Видишь? Светится. Ярко светится. А теперь разогрей его, как ты можешь. Ну, или как собираешься. Эксперимент. Их всегда надо ставить. Иначе ерунда получается.
Он еле успел прикрыться бронированной ладонью — и то вспышка просочилась сквозь пальцы. Потом наступила темнота — и где-то в ней шипело и шкворчало расплавленное стекло. Щупальца, обвившие плечи, растаяли. Свечение омикрон-потоков потускнело.
— Ты не бойся, — Гедимин неловко погладил реактор. Ему было не по себе.
— Просто не трогай хрупкое. Все эти штуки снаружи — церу, кейек, ледышки. Ты их хорошо подпитал. Как мощная сеть. Больше не надо.
«Что я вообще несу? Он, может, ни слова не понимает,» — Гедимин досадливо сощурился. Уцелевший кусок фонаря отбросило ему под ноги, он подобрал обломок. Цера выгорела напрочь, на корпус налипли ошмётки стеклянной пены.
Щупальце осторожно тронуло сармата за руку, растянулось от реактора к экранированной стене. «У-убери,» — Гедимин еле расслышал слабый гул внутри черепа. «Ладно,» — он поднял руку, зажигая экран сигма-сканера. Белый блик отразился в мониторе. Щёлкнули блокираторы. Массивные плиты медленно поползли в пазы. Гедимин смотрел на лучи оттока — от секунды к секунде они становились ярче. «Сработало? Нет?»
…Фонарь в санпропускнике горел, как обычно. Сармат с облегчённым вздохом опустил руки в дезраствор. «Запасной возьму у Тенгеля. Ради них же рисковал. Мне-то до их церы и кейека…»
… — А взрыв в машзале, в метре от реактора, — это было обязательно?
— Надо было ему показать, насколько всё непрочное, — отозвался Гедимин, соскабливая стеклянную пену в утилизатор. — Стекло я убрал.
Айзек тяжело вздохнул.
— Победителей не судят, — он покосился на приоткрытый шлюз. Из помещения ГЩУ доносился булькающий звон и сдавленное шипение. Шипел Гварза — его к уккулану не пустили.
— По крайней мере, станция цела…
— Урановая туча появлялась? — перебил его Гедимин. В машзале было не до сканирования неба — а теперь сармату стало не по себе. «Если ту штуку привлёк всплеск энергии…»
— Не видели, — Айзек качнул головой. — Возможно, это было разовое явление. Кут’тайри рассказывает красиво — но ни разу не понятно. Ясно только, что это не кто-то из богов.
Гедимин поморщился.
— Оно пугает хранителя. И портит приборы. Больше ничего странного они не фиксировали? — он сверился с анализатором. Луч, «ощупывающий» окрестности, не находил ничего неожиданного — вокруг была Равнина и обычные для неё вещества.
— Оно их не портит, — Айзек покачал головой. — Испорченный прибор… Гедимин, ты думаешь — ты бы мог не заметить неисправность? Даже секундный сбой? Прибор фиксировал то, что было. А вот что именно там было…
Он пожал плечами.
«Чу-ужак,» — прогудело внутри черепа. Гедимин мигнул.
— Опасный?
Хранитель не ответил. Теплое щупальце соскользнуло с виска и растаяло. Гедимин озадаченно хмыкнул. «Он спокоен. Но кого к нам принесло? Опять Вепуат кого-то притащил на станцию?»
Выйдя из ткацкого цеха, он увидел белое свечение за поворотом и услышал щёлканье хвостовой клешни.
