И теперь, когда повинуясь совету Беатриче, он смотрит назад, через все семь небес, через семь планетных сфер, пройденных им, через семь состояний романтического, политического и духовного бытия, — он видит вдали Землю, всю, «с горами и реками». Целая вселенная простерлась под его ногами. А во вселенной, окружающей их, начинает просветляться небосвод, и обновленным глазам поэта предстает
Он видит Христа как «Сущность». Они теперь на небесах, где эта Сущность начинает проявляться сама по себе, и все искупленные озаряются Ею. Было бы опрометчиво заявлять, что мы не должны придавать словам «Бог» и «Христос» в этой поэме какое-либо другое значение, которого в них нет. Надеюсь, не слишком опрометчиво говорить, что их основное значение должно быть именно и только тем значением, которое они принимают в «Комедии». Светозарная «Сущность» более или менее точно отражает значение этих слов. Но яркость ее лучей такова, что Данте не в состоянии выносить это сияние. Он закрывает глаза и впадает в некоторое беспамятство. Именно в этот момент он слышит то, во что раскрывается давнее приветствие. Он слышит голос Беатриче:
«На меня взгляни!» Это требование имеет двойной смысл. В своей поэзии Данте пытался сделать это с самого начала. Но в те давние времена Беатриче и Любовь были для него новыми «неизвестными способами существования». Он описал их в «Новой жизни», затем проанализировал в «Пире», и теперь вернулся к ним в «Комедии». Ну и что сейчас?
Священная улыбка придает невероятную глубину и ясность священному лику.
Данте говорит:
