— Отлично, — равнодушно ответила Люси, — только не завтра, у меня тренировка. Ты с Павлом Веласкесом ещё встречаешься?
— Нет, с чего бы.
— Он ведь здесь, в Ньюпорте, живёт?
— Не совсем, но да, и тут тоже.
— Я тут подумала, что зря про него гадостей наговорила, он вроде как меня спас. Не знаешь, можно перед ним извиниться? Может, послать цветы или просто поговорить где-нибудь в кафе, раз уж он недалеко?
— Не знаю, — настроение у Насти испортилось, — домой приеду, решим.
— Ага, — Люси кивнула, и тут же отключилась.
Сделав несколько глубоких наклонов, она вытерла пот полотенцем, ещё раз открыла коробку, в которой лежали серебристый флакон и пистолет. Собеседник, изображавший дракончика, сказал, что чайной ложки будет достаточно, чтобы ненадолго усыпить Веласкеса, а содержимое любой анализатор определит как витаминный комплекс. Что очень скоро настанет подходящий момент. И что, если у самой Люси не хватит духу покончить с магом, выстрелить самой, достаточно набрать номер, и тогда появятся те, кто отомстит за неё.
— Двадцать пять, фиолетовый, — радостно сказал крупье, — отличная игра, сеньор.
Пожилой мужчина в щеголеватом пиджаке и цветастом шейном платке пересчитал фишки, две бросил крупье, две — официантке, а остальные поставил на желтое. Тереза Симонс, сидящая рядом, пошарила в сумочке, достала сигареты.
— Может быть, перейдём к делу? — спросила она.
— Если везёт, прерываться нельзя, — мужчина поправил шёлковый шейный платок, достал носовой, и вытер лоб, — уф, так я ещё одно жалование себе заработаю. Дело, сеньора, никуда не убежит.
— Ноль, чёрное, — снова обрадовался крупье. — Вам повезёт в следующий раз, сеньоры.
— Ага, как же, — мужчина встал, пошарил в карманах, — чёрт, знал, что не надо садиться. Пять тысяч наличными.
— Мы договаривались на три, — тихо сказала Тереза.
— Это вы с сержантом Прустом договаривались, но он спихнул всё на меня, потому что запрос должен идти из другого участка, — мужчина тоже говорил тихо, одновременно высасывая коктейль через соломинку. — Если вы ищете, чем тут занимался советник Перейра, пока не перебрался в столицу, поверьте, вы не будете разочарованы, там такое, что никто просто так не расскажет. Материалы можно отсмотреть только во втором участке, сами дела не засекречены, только без индекса и кода доступа вы их не получите. Второй участок находится на Кленовой, там подключимся из общего терминала для посетителей. Только условие, максимум двое сопровождающих, мне неприятности не нужны. Заплатите, когда получите то, что нужно, вы личность известная, да и Пруст отзывался хорошо.
Сержант Пруст лежал в собственной кровати с медицинским пластырем на шее, и крепко спал. Пластырь каждые пятнадцать минут вводил ему успокоительное, заодно измерял давление, температуру тела и проверял анализ крови, Кошта не хотел лишних жертв.
Он согласился на подсказку в сто пятьдесят тысяч, и не прогадал, оказалось, что репортёр Тереза Симмонс ищет информацию на Перейру, который избирался в мэры Верхней столицы. Судя по всему, Симонс интересовали не только положительные стороны будущего мэра, но и отрицательные, она договорилась с сержантом Прустом из третьего участка, что тот подберёт ей информацию. Кошта прослужил в полиции много лет, и с бывшими сослуживцами всегда мог найти общий язык. Вспомнить общих знакомых, какое-нибудь дело, в котором оба участвовали, выпить по паре стаканчиков, поругать начальство и пенсионную систему, и вот два незнакомых друг другу офицера уже лучшие друзья. Смена в полиции заканчивалась каждую треть, и, хотя у Кошты не было ничего, кроме имени и внешности нужного человека, ребята из третьего участка ходили в «Слепую сову» на углу Боливара и Фюнеса. Пришлось подождать, сержант освободился позже обычного, и заявился в компании двух друзей. Это сыграло на руку, Пруста не пришлось спаивать, он сам основательно набрался, и уже собрался расплатиться, как почувствовал на плече ладонь Кошты.
— Сержант Пруст? Генрих? — мужчина с большим ртом растянул его ещё больше в радостной улыбке, — ты меня точно не помнишь. Я — Кошта из седьмого.
— Кто? — не понял Пруст, пытаясь набрать на комме нужную сумму.
— Погоди, я за тебя заплачу. Дьявол, я же тебе почти жизнью обязан, помнишь пожар на Терновой? Ты же моего напарника вытащил, я уже собирался за ним в огонь прыгнуть, и тут ты его на плече волочишь.
Пруст и вправду лет десять назад спас кого-то из горящего магазина — преступник ограбил его, сам вызвал полицию, а потом, когда несколько полицейских из разных патрулей, оказавшихся поблизости, зашли внутрь, активировал взрывное устройство, лежащее в сумке. Тогда погибли четверо, включая самого преступника и продавца, а Пруст отличился, почти из последних сил вытащил одного из патрульных, Ровелло. И вроде как именно из седьмого участка этот Ровелло был. Сержант кивнул, всё ещё недоверчиво глядя на незнакомца.
