У него в машине имелся телефон. Не потому, что тот был нужен ему, и не потому, что он был передовым мужиком вроде своего верного старого друга Циммермана, но в память о нем Каллен, старомодный человек, установил в своей старомодной машине этот сверхсовременный телефон. Проблема, однако, заключалась в том, что он толком не знал, как пользоваться им. Он и не думал, что ему понадобится звонить из машины. Он не надеялся, что сможет звонить, даже заглянув в инструкцию. Одним из номеров, который он помнил как набирать, был номер домашнего телефона Ричи Маслоски из отдела внутренних дел.
— Алло?
— Джинни, это Джо. Капитан дома?
— Привет, Джо. Как поживаешь?
— Отлично. Пожалуйста, позови его.
— Ты же знаешь Ричи, Джо. Он занимается бегом трусцой. Хочешь, чтобы он позвонил тебе?
Да, он знал Ричи, и знал, что Ричи занимается бегом трусцой. Поэтому он, собственно, и позвонил — чтобы они знали, что он звонил.
— Я поговорю с ним завтра, Джинни. Спасибо.
— Ты уверен?
— Да. Пока, Джинни.
И он положил трубку. Теперь он позвонит, набрав цифру 0, тому человеку, с которым он давно хотел поговорить — своему верному старому другу, Нейлу Циммерману.
— Привет, Джо.
— Слушай, Цим, можно тебя побеспокоить?
— Конечно. Мне тут больше нечем заняться, и я наблюдаю за тем, как ты работаешь.
— Я не это имею в виду. Я имею в виду…
— Я знаю, что ты имеешь в виду. Все в порядке. Каллен, у тебя проблемы?
— Я в Ван Вике, направляюсь на юг. В сторону Джамайка-авеню. Следую за «крайслером» последней модели с намеренно замазанными грязью номерами. Водитель или кто-то, кто едет с ним вместе, стрелял в меня неподалеку от моего дома, когда я пытался помочь Саманте Кокс, которая работает на телевидении. Она пришла без приглашения, чтобы поговорить со мной о чем-то. Я понятия не имею о чем. Она оказывала сопротивление, но он или они затащили ее в машину, прежде чем я успел прийти ей на помощь.
— Тебе нужно вызвать подкрепление, Джо.
— Я хочу знать, что хотела от меня Сэм Кокс.
— Сэм?
— Пошел к черту, Нейл.
— Может быть, она хотела расспросить тебя о Хриньяке и Дженни Свейл.
— Но никто не знает об этом.
— Я знаю об этом. Если я знаю об этом, находясь там, где я нахожусь, то почему бы ей не знать об этом там, где находится она.
— Может быть, и так. Кто эти парни, похитившие ее? Чего они хотят? Сколько их? Они хотят, чтобы я следовал за ними, не так ли? Они не скрываются от меня, они хотят, чтобы я ехал за ними до какого-то определенного места, разве нет? Их не было на бульваре Квинс, когда я выехал туда, правда? Они ждали и наблюдали за мной. Они хотели знать, в каком направлении я поеду. Затем они оказались на дороге впереди меня, да, Нейл?
— Извини, но я не знаю.
— Кончай, Нейл.
— Извини. Что-то я знаю, а чего-то не знаю.
— Я тебя не понимаю.
— Я сам себя не понимаю, но именно так обстоят тут дела. Я знаю о том, кто победит в финале чемпионата по футболу, но я не могу ответить тебе на твой вопрос.
— Кто победит в финале?
— Я не скажу тебе. Тебе будет неприятно, если ты поставишь на победителя и выиграешь приз.
— Кончай, Нейл. Мне нужны деньги.
— Это грязные деньги. Тебе будет неприятно тратить их.
— Скажи мне, Нейл. Ну кончай, Нейл. Не пропадай, Нейл! — но так всегда было: то его старый добрый друг появлялся, то исчезал. Вместо того чтобы напрасно терять время, спрашивая Нейла о том, кто победит в финале чемпионата по футболу, Каллену нужно было поинтересоваться у него, кто зажигает луну и звезды, кто сделал солнце, кто сотворил мир, почему существуют мыши и коровы и кто убил Джо Данте.
Но больше он не мог терять время напрасно. Нью-йоркский придурок уже выезжал из района Ван Вика.
— Джо?
— Что? Ты слышишь меня? Кто победит в финале? «Гиганты»?
— Я просто хотел сказать тебе, чтобы ты был осторожен.
— Да, да. Я буду осторожней. «Гиганты» победят в финале? Отвечай быстрей, а то они уйдут от меня.
— Ты знаешь, я хотел сказать тебе, что ты поразил меня своим умением различать марки автомобилей и модели. Ты знал, что выстрелом было разбито вдребезги ветровое стекло фургона «субару». Раньше ты не мог отличить «бенц» от «бьюика».
— Я научился в знак памяти о тебе, моем старом верном друге. Это из уважения к тебе. А теперь скажи мне про «Гигантов»…
— Будь осторожен, Джо.
— Я буду, буду осторожен.
— Будь осторожен, Джо. Ты… ты пьян.
Но Каллен был не настолько пьян, чтобы не узнать аэропорт имени Кеннеди, когда он увидел его: грязный, мрачный, пахнущий пролитым авиабензином, гнилью и ржавчиной. Где же еще могло быть такое место?
Нью-йоркский придурок увеличил скорость и «вальянт» Каллена уже не мог угнаться за ним. Внезапно все это превратилось в погоню. Задние огни нью-йоркца были большие и выглядели шикарно. Но постепенно они смешались с огнями других автомобилей и только иногда мелькали то тут, то там. Каллен опустил стекла окон кабины, чтобы слышать мотор нью-йоркского придурка, но единственное, что он мог различать, — это звук мотора своей машины и гул самолетов.
