— Он пьет пиво за обедом. Иногда он выпивает несколько бутылок зараз. Я рассказала об этом Конни, его бывшей жене. Мы обе ходим в группу поддержки бывших жен, вдов и любовниц полицейских. Но ему я об этом ничего не говорила.
Мария крепко сжала руку Энн:
— Джо говорил Бобби Колавито, что он никогда не пьет на работе, он никогда не пьет за рулем, он никогда не пьет, когда занимается любовью. Он ответственный человек.
— Он говорил об этом постороннему человеку? Полицейскому, а?
— Да, говорил. Он сказал… Пойми, он говорил, что часто ссылается на усталость или занятость на работе. А на самом деле он пил и не хотел видеть тебя. Он рассказывал, как однажды вечером ты и Мейбл собирались идти в один клуб, чтобы послушать знакомую певицу. Джо не хотел идти с вами, потому что это был женский клуб, но вы решили сначала поужинать у него дома. Мейбл позвонила и сказала, что идти в клуб не придется, так как ее подруга-певица заболела. Ты и Джо начали ссориться. Ты сказала, что хочешь остаться у него, а он говорил, что хочет побыть один, что это его квартира, и он вправе выставить из нее любого. И он довольно долго нес подобную ахинею. Но на самом деле он хотел, чтобы ты ушла, а он мог напиться в одиночестве.
Энн вдруг захотелось перелезть через этот чертов забор, прилечь рядом со спящим бродягой, вытащить у него из кармана бутылку дешевого вина, сделать пару глотков и заснуть рядом с ним.
— Сколько сейчас времени? Пойдем куда-нибудь выпьем.
— Энн.
Энн вскинула вверх руку:
— Вот тебе и Энн!
— Ты трахаешься со Стивом Пулом? — спросила Мария. — Не смотри на меня так. В кабинете Мейбл вы вели себя так, как будто хотели скрыть от посторонних, что вы любовники.
Энн взяла Марию под руку и повела ее в восточном направлении.
— Пойдем в бар. Ты можешь не пить спиртного, если не хочешь. Выпьешь кофе. Я тоже не буду пить, я расскажу тебе историю. Я ее никому не рассказывала. Ни Мейбл, ни своей матери, ни моему брату — никому из близких мне людей, которым я обычно рассказываю все…
Во время своей свадьбы ты сказала мне, что тебе нравится моя работа, и что тебе понравилась моя передача о Квинтине Давидофф. Я расскажу тебе о Квинтине Давидофф.
Ты права в отношении нас со Стивом Пулом. Нет, мы не любовники. В этом смысле ты не права. Но между нами существует особая связь. Мы… соучастники.
Квинтина Давидофф — девушка, которая никогда не умрет. Квинтина Давидофф все еще была мертва, но к ней проявлялся весьма живой интерес и после двадцати трех дней, прошедших с момента ее смерти, и ее жизнь, которая составила всего четырнадцать лет, шесть месяцев, три недели и шесть дней, была уже окружена мифологией.
Будучи всего лишь первокурсницей, Квинтина была уже ведущей виолончелисткой в оркестре мидлбрукской музыкальной школы, она была солисткой в филармонии, но она не входила в состав всемирно известного квартета, она не подписала контракт на кругленькую сумму с какой-нибудь фирмой, выпускающей грампластинки. Квинтина с энтузиазмом играла в хоккей на траве за мидлбрукскую школу, но она не была выдающейся хоккеисткой. Квинтина действительно заняла третье место в чемпионате по шахматам, но участниц в нем было всего пять, двое из которых уже встречались с мальчиками и поэтому пропускали матчи.
Французкий язык, математика и биология были факультативными предметами для всех желающих.
Да, Квинтина репетировала роль Эстер в пьесе «Встречай меня в Сан-Луисе», но претенденток на эту роль было очень мало, так как в мидлбрукской школе эту пьесу считали старомодной. (Модной признавалась постановка «Мужчина, который принял свою жену за шляпу».)
Квинтина была похожа на Мерил Стрип только великолепными волосами да смешным выражением лица.
Тем не менее, несмотря на все преувеличения, Квинтина, безусловно, была умной, привлекательной и талантливой девушкой, и ее смерть, произошедшая в результате того, что в ее голову попала бутылка «Столичной», брошенная из окна роскошной квартиры дома, в котором обитали очень богатые и известные люди, была, несомненно, трагедией.
В Нью-Йорке вообще не так уж редко что-то падало из окон или с крыш. Многие нью-йоркцы разных национальностей были наслышаны о таком — то упадет кому-нибудь на голову горшок с цветком, то помидор, то электровентилятор, то алюминиевое кресло, унесенное ветром с крыши дома, где кто-то любил посидеть в нем и позагорать. Об этих случаях ходили слухи и рассказывались анекдоты. Энн знала их множество.
— Когда я училась в колледже, — говорила Энн лейтенанту полиции из девятнадцатого участка, который занимался делом Квинтины Давидофф, — мы ставили на подоконнике нашей комнаты в общежитии апельсиновый сок, молоко и содовую воду. Сейчас, я полагаю, у студентов в комнатах имеются портативные холодильники, а также микроволновые печи, стереопроигрыватели и телевизоры.
Лейтенант Эл Брекман был соперником Джо Каллена по викторине, устраиваемой полицейской ассоциацией, и проиграл, не сумев ответить на вопрос: как называют кастрированных быков?
Он немного знал Энн. Он открыл свой блокнот и сказал:
