Энн поехала домой, приняла душ, переоделась в свитер, слаксы и блейзер и пошла вдоль по Риверсайд, к тому месту, где лежала мертвая Квинтина. Несмотря на то, что было уже темно и с Гудзона дул холодный ветер, возле этого места было полно народа. Побольше, чем на углу Сто третьей улицы и Бродвея, хотелось бы Энн сказать Брекману. Свидетели рассказывали репортерам с телевидения и радио и всем тем, кто хотел их слушать, как четырнадцатилетняя Квинтина Давидофф, одетая в джинсы, светшорт с эмблемой музыкальной школы и джинсовую куртку, на которой был вышит портрет Роланда Гифта, вышла из автобуса номер пять (что было бы, если бы автобус прибыл на несколько минут раньше или позже?), возвращаясь от подруги, кларнетистки, с которой они вместе играли Моцарта (а что было бы, если бы она осталась у подруги подольше?), как она перешла Риверсайд на зеленый свет (что было бы, если бы загорелся красный свет?), как она не спеша пошла вдоль улицы, по-видимому, наслаждаясь закатом солнца (что, если бы небо было подернуто тучами, и она бы шла чуть быстрее?), как она остановилась, чтобы перекинуть чехол с виолончелью с одного бедра на другое, как она хотела свернуть за угол и подойти к дому на Вест-енд-авеню, где жила вместе с матерью-экономистом и отцом-оформителем детских книг (а что, если бы они жили в другом доме, в каком-нибудь доме поскромнее, где-нибудь на улице Колумба или Амстердам-стрит, и она села бы не на автобус, а поехала на метро?). Увы, случилось то, что случилось.
У Энн была помощница, Мэри Янг — известная на 14-м канале как «Молодая Мэри», и Энн дала ей задание выявить настоящих свидетелей и отделить их от тех, кто только притворялся свидетелями. Так же как огромное число болельщиков бейсбола утверждают, что видели Бобби Томсона возле его дома, так и здесь — слишком большое количество людей заявляли о том, что они были свидетелями того, как бутылка «Столичной» упала на голову Квинтины Давидофф.
Энн взяла интервью у самой интересной свидетельницы в толпе. Это была женщина с растрепанными волосами, в старомодных очках, в коричневой вельветовой куртке, черных узких штанах и шерстяном пончо. Она говорила четко и ясно, была явно образованна, мыслила либерально, была начисто лишена чувства юмора. Днем она работала технологом, а вечерами сочиняла стихи. Она была коренной жительницей Нью-Йорка.
— Квинтина, — она называла жертву по имени, как будто сто лет была знакома с ней, — шла вдоль Риверсайд, направляясь к углу улицы. Внезапно она упала. Я подумала, что она находится под воздействием наркотиков. Или у нее было какое-нибудь серьезное заболевание. Я вспомнила эти ужасные фотографии детей в Эфиопии, Румынии и Чернобыле. Потом я увидела осколки стекла. Мне пришла в голову сумасшедшая мысль: это разбились какие-то ювелирные изделия…
Затем Энн отправилась на Бродвей, чтобы взять интервью у владельца винного магазина, где была куплена роковая бутылка «Столичной».
— Когда ее купили? Кто ее купил? Да вы, наверное, шутите. «Столичная» — это качественная водка, но она хорошо раскупается, это вам не какое-то дорогое вино, бутылку которого покупают раз в неделю. Мы продаем очень много «Столичной», и тут невозможно запомнить в лицо всех покупателей.
Вернувшись к Брекману, она надоедала и надоедала ему, пока он не согласился наконец свести ее со специалистом по отпечаткам пальцев, который сказал ей, что на осколках разбившейся бутылки были десятки пальцев.
— Ведь, начиная от ликеро-водочного завода и кончая винным магазином, к бутылке прикасалось очень много людей. Вы согласны?
Потом Энн взяла интервью у некоторых жильцов — у президента американского Союза по защите гражданских прав, у актера, у физика, лауреата Нобелевской премии, у члена городского совета, у певца, исполнителя народных песен, у сценариста, у врача, у профессора — то есть у типичных обитателей этих роскошных квартир.
Она вышла в эфир в одиннадцать часов и оставалась в эфире двенадцать минут, что явилось рекордным временем для программы «Ньюс фокус». Под конец передачи она взяла интервью у Стивена Джей Пула.
— Ужасная трагедия. Я убит горем. Мои соболезнования родным и близким погибшей. У меня нет никаких доказательств, но у нас в доме есть проблемы с безопасностью. Не могу особенно распространяться на эту тему, тем не менее в оба здания могли проникнуть посторонние лица. Ничего не стоит взломать замки дверей в подъездах. Какие-то люди постоянно поднимаются на крыши, распивают спиртное, употребляют крэк, марихуану, кокаин и даже… героин. Полиция принимает меры. Надеюсь, они найдут преступника. Тем не менее…
