– Десять лет назад я произвела от него на свет полноценного человека мужского пола. Я мать ***… – неожиданно резко выругалась Роканера и, не сбавляя тона, продолжила одним предложением. – … *** но не смотря на то, что я, в достаточно недалёком прошлом, ещё и стриптизёрша, что часто путают с проституцией, я хотя бы могу содержать и себя, и своего ребёнка ***. – Роканера снова выругалась. – Где же его номер?! А! Вот! Оливер просто отличный друг… Застрявший в детстве мальчишка, старательно пытающийся играть для Элайджи роль отца. В общем, он типичный мужчина. Жаль, но нетипичные на моём пути не попадались… Алло, Оливер?.. Можешь забрать меня по адресу, который я тебе сейчас вышлю? Планирую немного напиться. Да, можешь приезжать с Элайджей – к моменту вашего приезда я не буду в хлам.
Коко только начала разливать вино по бокалам, как в дверь раздался очередной звонок.
– Да-а-а ла-а-адно… – шумно протянула Роканера. – Оливер так быстро не гоняет. Неужели Элизабет? Пошли её к *** – Роканера снова выругалась, пока я шла к двери. – И скажи ей, чтобы проваливала.
Я открыла дверь и замерла. За всё время моего проживания здесь, а это уже около семи месяцев, Пени приходила ко мне в гости всего два раза – на новоселье и с просьбой присмотреть за её наглым котом, пока она с детьми, Рупертом и его родителями отлучались на день в зоопарк.
– Пени? – удивилась даже Нат, всё ещё сидящая на диване за моей спиной.
– Пени? – шёпотом переспросила Коко. – Это глухонемая сестра Таши?
– Она не глухонемая, – начала тихо пояснять Нат. – Она слышит, хотя и плохо, но совершенно не разговаривает…
Обняв сестру, я пропустила её в дом и на языке жестов поинтересовалась, в чём дело. Оказалось, что она просто решила принести мне йогуртный пирог, который испекла по рецепту свекрови пятнадцать минут назад, отчего он до сих пор оставался горячим. Пирогу обрадовались все, особенно я – не помню, когда в последний раз баловала себя домашней выпечкой. Точно не в этом году.
Пени однажды виделась с Роканерой, так что в представлении никто не нуждался. В итоге мы уже вчетвером сели вокруг журнального стола, в полной готовности слушать историю Роканеры, при этом не отрываясь от поглощения пирога. Пени села слева от блондинки, чтобы иметь возможность её слышать получше. Впрочем, Роканеру мог услышать даже абсолютно глухой, настолько громкой она была, так что Пени не о чем было беспокоится.
Я отказалась от вина, уверенно настроившись на свой горячий чай под пирог, но Нат успела влить в мою наполовину опустевшую кружку внушительную дозу горячительного, так что не пьющей осталась только Пени. Её даже не заставляли – одно слово о том, что она всё ещё только пытается отлучить Барни от груди, и никто больше не пытается заменить её апельсиновый сок на градус.
– Всё началось с того, что в моём стриптиз-клубе уже третью неделю к ряду стоит настоящий аншлаг, – разрезав свой и без того небольшой кусок пирога на три части, начала свой рассказ Роканера, после чего запустила пирог в свой красивый рот, обрамлённый коралловыми губами. – Ммм… – с наслаждением протянула она. – Это просто невероятно вкусно… Я неплохо готовлю бутерброды, но выпечка – это откровенно не моя стихия, – гулко выдохнула она, после чего продолжила. – В общем, я смогла взять в беспроцентную рассрочку автомобиль, оплатив семьдесят процентов от его стоимости. Представляете? Ещё пару месяцев назад я и мечтать не могла о собственной машине, а здесь взяла и приобрела её – жемчужину своей мечты. На этих выходных мой клуб едва не лопнул от наплыва каких-то богатых арабов, оставивших за собой след из чистой валюты. Хватило и на красивую премию каждой из девочек, и на двойную премию себе. В общем, я взяла эту двойную премию и впервые за последние полгода решила навестить свою горемычную родню. У Хлои уже пупок на нос лезет – вот-вот родит, а для ребёнка совершенно ничего не сделано. Она ведь даже коляску не купила! Просто для уточнения – я сочувствую не безмозглой Хлое и тем более не нашей матери, способной только на то, чтобы неудачно отжимать чужую жилплощадь. Я сочувствую будущему племяннику… Племяннице. Это будет девочка, в курсе? – поинтересовалась блондинка, и в ответ мы все как одна положительно закивали головами. – В общем, я решила просто так, безвозмездно, словно некая благодетельница, подарить этим идиоткам на приданное ребёнка пять тысяч долларов.
– Сколько?! – едва не поперхнулась своим вином Коко.
– Я ведь говорила – арабы бросались купюрами. Из-за одного из них одна из моих девочек, Джесси, не выходила на работу четыре дня подряд, а вчера уволилась, представляете? При этом на её пальце блестел бриллиант в два карата. Этот араб пообещал ей золотые горы, если она согласится “разделить” с ним ближайший год. Уже завтра она улетает в Эмираты.
– Оу… Звучит как-то опасно, – нахмурилась я.
– Джесси рисковая, – пожала плечами Роканера. – Мне-то всё равно, в мой клуб на одно место сразу пять отличных девчонок претендуют. Думаю, на место Джесси возьму сразу двух.
