Обреченные стать пеплом полностью

Полина, уже с абсолютным безразличием, направилась дальше к кассе, и я, не выпуская рук из глубоких карманов плаща, последовала вслед за ней. Мне было наплевать на незнакомку, на её непрезентабельный внешний вид, на её мелкий внутренний мир, на её диковатых детей и на то, что Полина её обидела даже больше, чем она могла бы задеть меня. Более того, уже спустя несколько дней я вновь окончательно и бесповоротно забуду о её существовании, в то время как она обо мне будет помнить едва ли не всю свою оставшуюся жизнь. Не пройдёт и четырёх недель с этого момента, когда весь город будет обсуждать свежую новость о том, что эта молодая женщина, состоя в десятилетнем браке с одним мужчиной, родила двух сыновей от совсем другого человека, не собирающегося брать на себя ответственность и сбежавшего в Италию сразу после поднятия шумихи. Её же муж, которого она окончательно вымотает своим сварливым характером, уйдёт от неё уже спустя неделю после разоблачения тайны своей неверной жены, но вскоре повторно женится “по залёту” на более мягкотелой женщине, от которой у него родится прелестная и на сей раз его собственная дочь. И мне будет наплевать на всю эту историю, которую ещё только расскажет мне Пандора, её же центральная участница даже в процессе своего развода не будет забывать о том, кто такая Таша Палмер, водящая дружбу с самой Полиной Джорджевич.

– Жестко ты с ней, – заметила я, когда мы уже вышли на улицу, и остановилась возле широкой лавки, стоящей на границе с парковкой. – Она того не стоила.

– Зато ты стоишь больше.

– Ты преувеличиваешь, – сев на лавку, я запрокинула голову, но Полина не собиралась садиться рядом со мной. – У людей нужно вызывать умеренное отвращение, иначе они захотят с тобой общаться, – я посмотрела на бутылку пива в своей руке и поняла, что не хочу пить.

Отставив пиво, я достала из кармана упаковку сигарет.

– Никотин убивает, – заметила Полина до того, как я успела прикурить от своей новой зажигалки.

– Что же он никак меня не убьёт, – с неприкрытым любопытством отозвалась я, уже делая первую затяжку.

– Может быть, если не перестанешь курить, и убьёт.

– Надеюсь.

– Таша…

– Полина. – Уверенно-твёрдо оборвала собеседницу я. – Не нужно меня опекать, – я пристально посмотрела на Джорджевич, и она неожиданно отвела свой взволнованный взгляд вбок. – Сама ведь не можешь бросить свой мундштук… – решила немного сгладить острый угол я.

Мы немного помолчали.

– Я слышала, у брата твоего отца родилась вторая дочь, – наконец решилась начать новую тему Полина. То, как она в последнее время стала робеть передо мной, меня начинало напрягать. Всё равно, что чувствовать себя крутым парнем с сигаретой в зубах, во власти которого находится воля самой желанной девчонки на районе, которая теряется при одном только твоём волевом взгляде на неё.

– Родилась две недели назад, пятнадцатого апреля, – подтвердила информацию я. – Недоношенная из-за слишком маленького разрыва после первой беременности Греты, но абсолютно здоровая. Между ней и её старшей сестрой всего десять месяцев разницы, но у Генри у самого с моим отцом разница в десять с половиной месяцев, хотя они оба доношенные, так что он даже рад, что у девочек такой маленький разрыв в возрасте. Думает, что так даже лучше… – я сделала ещё одну глубокую затяжку. – Так что у меня появилась ещё одна кузина. Решили назвать Джиной.

– Ты её уже видела?

– Нет, – я сдвинула брови.

Почему я до сих пор не навестила Генри, ведь даже сейчас он был на расстоянии всего лишь какого-то километра от меня…

Как бы сильно я не хотела признавать того факта, что у меня неправильная реакция на детей, особенно на новорождённых, факт оставался фактом: я не хотела держать на руках очередного рождённого не мной ребёнка.

Пока Полина молчала, я задумалась о том, могла ли я вообще когда-нибудь родить, ведь Амелия предсказывала лишь тень, которая явилась одновременно с ребёнком Пени. Вдруг мне не суждено было стать матерью с самого начала?.. Вдруг суждено было пережить этот злосчастный выкидыш?.. Вдруг это всё у меня на руке написано?..

– У тебя появился новый друг? – вырвала меня из моих мыслей совершенно неожиданным вопросом Полина.

– Ты о чём? – непонимающе покосилась взглядом на собеседницу я.

– Говорят, ты гуляешь по вечерам с каким-то высоким блондином.

– Кто говорит?

– Мона. Она видела вас пару раз на набережной неподалёку от дома.

– Роберт травматолог, он лечил мою руку.

– Значит, вы уже давно общаетесь.

– Три месяца, получается, – сдвинув брови, выпустила тонкую струйку дыма из лёгких я. – Вижу, тебе это не нравится.

– Причём здесь моё мнение? Ты вольна делать всё, что вздумаешь.

– И всё же.

– Не знаю. Мне этот тип не по душе, хотя я и видела его лишь краем глаза.

– Значит, ты его видела.

– На прошлой неделе проезжала вдоль набережной.

– И Мона здесь ни причём?

– Она видела вас всего один раз. Второй раз видела я.