Обреченные стать пеплом полностью

Вместо мистера Кембербэтча, встречающего меня в первый мой приход в этот дом и провожающего меня надменным взглядом пэра этим утром, за столом сейчас сидела неизвестная мне женщина, о которой Робин меня заранее предупредил. “Миссис Адамс чудеснейшая женщина”, – говорил Роб и, судя исключительно по внешним данным представшей передо мной женщины, я могла бы с ним согласиться. Невысокая, среднего телосложения, практически полностью поседевшая, но всё ещё сохранившая оттенок чёрного цвета своих густых волос, красиво взбитых и уложенных на затылке, женщина сидела за своим столом с идеально ровной осанкой, кутаясь в широкую тёмную шаль с изображением красивых голубых цветов, напоминающих иней. В подъезде, не смотря на солнечный день, и вправду было прохладно, отчего по моей коже вдруг пробежали мурашки.

– Добрый день, – отозвалась я, практически сравнявшись со столом женщины.

– Вы въезжаете в наш дом? – любезно поинтересовалась она.

– Не то чтобы въезжаю… Планирую пожить некоторое время у своего друга, мистера Робинсона из двадцать четвёртой квартиры, – выложила полностью всю информацию я, заранее предупрежденная Робином о том, что прилично будет сразу расставить с нашим швейцаром все “точки над i” и хотя бы “как-то” познакомиться, чтобы впоследствии не испытывать неловкости.

– Оу, очень приятно, – женщина, улыбаясь, бодро поднялась со своего места, чтобы пожать мне руку. Я в секунду прикинула её примерный возраст – детские голубые глаза её явно молодили, но морщинки вокруг них, такие образовываются обычно у добродушных и любящих улыбаться людей, подсказывали мне, что этой женщине точно не меньше шестидесяти и не больше шестидесяти пяти. Ниже меня почти на голову, женщина казалась мне намного более хрупкой, чем могла быть в данный “восстановительный” для себя период я, что лишний раз подтвердила сила её рукопожатия, которая, на фоне моей, была близка к нулевой отметке. – Я миссис Адамс, швейцар третьего подъезда этого замечательного дома. Добро пожаловать в нашу дружную семью. – я уставилась на женщину непонимающим взглядом. О какой семье шла речь?.. Она имела ввиду, что жители этого подъезда настолько дружны, что представляют из себя сплочённое сообщество?.. – Приходите ко мне как-нибудь на чай. Я завариваю превосходный!

Чай?.. Серьёзно?.. Разве швейцары приглашают на чай?..

– Эм-м-м… – я не смогла утаить своей растерянности и, уже вынимая свою руку из руки явно необоснованно расположенной ко мне женщины, неуверенно добавила. – Возможно как-нибудь…

Так и не поняв, что именно произошло, я направилась к лифту. Он поднял меня уже ко второму этажу, когда миссис Адамс, пустив мистера Кембербэтча к себе на колени, уверенным тоном сказала ему: “У мистера Робинсона отличный вкус, ведь правда? Лицо этой девушки, определённо красивое, обременено чертами здравомыслящего и острого разума. Но вы-то не могли этого не заметить, мистер Кембербэтч”. Однако я этих слов, естественно, не услышала. А если бы услышала, задумалась бы?.. О том, что у мистера Робинсона отличный вкус.

Следующие два дня я активно пыталась при помощи интернета найти для себя хотя бы одно стоящее рабочее место в Лондоне, но меня не интересовали ни вакансии нянь, ни вакансии горничных, ни разносчиков пиццы… Вариантов, конечно, было немало, но как так получилось, что все они были мимо – я не знаю.

В итоге этим утром я решила пойти по проторенному пути и обратиться к человеку, с которым на протяжении нескольких лет поддерживала дружеские отношения не смотря на то, что когда-то он был моим начальником.