– Ну да, я отношусь к жизни не так просто, как Аграф. – Губы Куртаны тронула нежная улыбка. – Если честно, Аграф тоже не прост, скорее, ему хватает ума подать наш план капитанам под нужным соусом. Мол, мы не предлагаем дружбу, а доказываем клиношникам, что мы лучше их. Отчасти я согласна с такой тактикой. Разве не здорово было бы привезти лекарства, развернуться и молча улететь? Дескать, мы настолько лучше вас, что в вашей благодарности не нуждаемся.
– Рано или поздно Клинок и Рой свыкнутся с тем, что существуют на одной планете.
– Не факт, что я до этого доживу. Давай отвезем лекарства, а что потом… оставим на потом.
– Решать вам, а не мне.
Куртана постучала ногтем по столу.
– Что касается девочки, не думай, что новая стратегия отодвинула ее на второй план. Ты не зря обратил на нее внимание Рикассо, но он не сможет защищать ее бесконечно. Наступит день, когда он потребует доказательств или убедит себя, что ему запудрили мозги.
– По словам Рикассо, сейчас не время думать о девочке.
– Так и есть. Но когда наступит подходящее время, я определить не берусь. Скажу только, что тебе нужно быть гибким и, главное, держать девочку подальше от Спаты.
– Я знаю, что Спата опасен.
– Он говорил с тобой лично?
– Да, и не оставил сомнений: с ним шутки плохи. Не зря вы предупредили меня еще тогда, на «Репейнице». Теперь я настороже.
– Вот и правильно! Он змей. Будь моя воля, пропеллером бы его перемолола! Что он тебе сказал? – Куртана испытующе глянула на Кильона.
Что выбрать, если важно и то и другое? Кильон замялся. С одной стороны, хотелось довериться Куртане, с другой – защитить Нимчу, не допустить публичного разоблачения ее сущности.
– Мне дали понять, что лучше никому об этом не говорить.
– Не говорить о чем?
– Объяснить – то же самое, что рассказать.
– Черт побери, доктор, кому из ройщиков довериться, если не мне?!
– Это точно.
– Однако ты боишься… Ладно, тогда, может, с Рикассо поговоришь? – В мимике Кильона Куртана разбиралась лучше других и, мгновенно уловив изменение, догадалась: – Или это именно его и касается?
– Разве тут что-то его не касается?
– Ты прав. Но дело в нем, да? Спата тебя о чем-то попросил? Убить Рикассо? – Куртана покачала головой. – Не вижу смысла. Шансов у оппозиционеров было предостаточно. Подорвать его здоровье или репутацию как командующего? А этим что они выигрывают? Непонятно…
Кильон почувствовал, что пространства для маневров не осталось.
– Я поговорю с Рикассо. Учтите: все, что вы услышали, я рассказал добровольно!
– Добровольно-принудительно. Впрочем, если Спата взялся за старое, неудивительно, что ты не желаешь откровенничать. – Куртана невозмутимо посмотрела на Кильона. – У меня без политики дел хватает. Есть такое, что я должна узнать прямо сейчас?
– Не думаю.
Куртана глянула на свои дорогие флотские часы.
– Поговори с Рикассо. Я уверена, он защитит тебя и твоих друзей. Одну-единственную возможность Спата и его подпевалы не учли: ты доверишься ройщику – и тебя не предадут. Спата считает, что мир зиждется на обмане и страхе.
– Может, он и прав.
– У нас в Рое не так. Если оппозиционеры хотят жить иначе – скатертью дорога; посмотрим, надолго ли хватит их самостоятельности. Думаю, дольше года не протянут, потом их кости растащат черепа. Если бы не корабли, я многих сейчас же прогнала бы.
– Как думаете, большинство поддержит Рикассо на голосовании по доставке препаратов?
– Думаю, да, хотя бы потому, что речь о конкретном действии. Согласятся даже враги Рикассо, особенно если решат, что у него есть шанс провалиться. Здесь мы в любом случае не задержимся: становится чересчур опасно.
Куртана вкратце рассказала о недавнем бое.
Черепов отогнали. По уточненным данным, диверсионная группа оказалась небольшой, из пяти кораблей. Два уничтожили в ближнем бою – огнем пушек и пулеметов раскрошили прямо в воздухе. У третьего сбили двигатель, оставив корабль на милость ветров. В последний раз его видели дрейфующим к границе зоны, лигах в восьмидесяти к северу. Четвертый корабль получил незначительные повреждения и скрылся. Пятый захватила ударная разведгруппа «Белого адмирала». Черепов живыми взять в плен не удалось: они надели крылья и прыгнули за борт. Зато взорвать брошенный корабль не сумели. «Белый адмирал» подцепил корабль когтевыми захватами и поволок домой, сбавив скорость вдвое. Загаженный кровью и вонью черепов, корабль ройщикам не нужен. Но с него снимут все ценное, изучат карты и вахтенные журналы, а ободранный корпус используют для учебной стрельбы.
Параллельно ройщики старались догнать улетевший номер четыре. Тот ускользнул под покровом тумана, и куда он направился, не знал ни один из преследователей. В итоге зона поисков безнадежно расширилась, и ройские корабли повернули восвояси.
