Мне хочется этого. Я в ужасе, но хочу дать ему еще один шанс. Но так чертовски боюсь, что мне будет больно, а у Бена есть сила разрушить мое сердце.
Шмыгаю носом и сосредотачиваюсь на своем дыхании, стараясь взять себя в руки, насколько это возможно, но даже когда успокаиваюсь, мужчина не отпускает меня.
— Прости, что я не была честна с тобой насчет одежды Мэгги.
Его мышцы слегка вздрагивают при упоминании имени жены.
— Для меня гораздо важнее то, что ты думала об Эллиот. Но можем ли мы заключить договор, что с этого момента в наших в отношениях больше не будет лжи, хорошо?
Наших? Опять это слово.
— Эш, детка, поговори со мной. Почему ты снова плачешь? — На этот раз Бен отпускает меня достаточно, чтобы видеть мое лицо, но продолжает обнимать меня.
— Ты сказал… — Я заикаюсь сквозь слезы. — Н-наших. — Я качаю головой и выдавливаю из себя слова. — Между нами не может быть никаких отношений, Бен.
Он смотрит мне в глаза, прежде чем я моргаю и опускаю взгляд.
— Дашь мне шанс изменить твое мнение?
Собираюсь умолять его не пытаться, потому что это сработает, и я передумаю, соглашусь передать ему свое сердце и предложу раздавить, растоптать и разорвать его на части, как только он обнаружит, что никогда не сможет никого полюбить так сильно, как любит Мэгги, и я останусь позади, без сердца, сломленная и полная сожалений.
Я не могу вымолвить ни единого слова.
Его губы на моих.
Его руки в моих волосах.
Бен Лэнгли целует меня так, будто мои стоны несут в себе ответ на оставшиеся без ответа вопросы вселенной.
Мое дыхание вырывается из легких с каждым мощным движением его языка. Каждый поцелуй растворяет еще один протест, пока я не остаюсь без единой защиты и во власти его внимания. Мужчина возвышается надо мной, прижимается своим большим телом к моему, как будто пытается поглотить меня. Мои колени подгибаются, и я держусь за него, чтобы удержаться на ногах — не то, чтобы я далеко упала, если бы у меня подкосились ноги. Его мускулистая фигура пригвоздила меня к месту.
Мужчина отрывает свои губы от моих, делая глоток воздуха, затем целует меня от подбородка до горла.
— Не уходи. — Одна рука в моих волосах, другая скользит вниз по моей шее к груди, где располагается поверх моего черного кружевного топа. — Останься.
Он облизывает мою шею, большим пальцем мягко, едва заметно касается моего соска, и я застываю на месте. Прикосновение Бена парализует. Я не смогла бы уйти, даже если бы захотела. А я не хочу.
— Могу я отвести тебя внутрь?
— Да.
Бен быстро приседает и поднимает меня на руки. Мои ноги обвиваются вокруг его талии, а его руки держат меня за бедра, надежно прижимая к себе. Я ныряю вниз, целуя его в губы, и он стонет у моих губ.
— Если продолжишь целовать меня, мы никогда не войдем внутрь.
Я останавливаюсь и позволяю ему нести меня вверх по лестнице, через парадную дверь и дальше по коридору. Оказавшись внутри, он закрывает дверь, погружая свою комнату в темноту. Затем садит меня на свою кровать. Простыни сбиты и смяты, что заставляет меня думать, что он спал или, по крайней мере, был в постели, когда я отправила ему ответное сообщение. Он проводит большими, тяжелыми ладонями по моим голым ногам к ботинкам и расстегивает их, снимая сначала один, потом другой. Затем идут мои носки, пока я не остаюсь в одном черном кружевном мини-платье. Мой пульс учащается, кожа горит, а мышцы дрожат от прилива желания, смешанного с адреналином.
Кровать прогибается, и тело Бена накрывает мое.
ГЛАВА 20
БЕН
Я не был уверен, что, если до этого дойдет, смогу уложить Эшли в свою постель. Но, держа ее в своих объятиях, пока девушка плакала, и будучи вынужденным признать, что она хочет уйти, понял, что, если хочу получить шанс с ней, мне придется принять решительные меры.
Я не хочу, чтобы Эшли видела во мне женатого мужчину. Или пастора. Хочу, чтобы она знала, что я теплокровный самец, который положил на нее глаз, и что я способен быть тем мужчиной, который ей нужен.
Перенося ее через порог, я вспомнил о Мэгги.
Укладывая Эшли на кровать, я на мгновение вспомнил свою брачную ночь.
Затем прогнал эти мысли и в темноте ночи, с крепким, теплым телом Эшли подо мной, я остаюсь в настоящем моменте, чтобы не было никого, кроме нас. Никаких призраков из прошлого, ни вины, ни стыда, ни единого сожаления.
Обхватываю ее подбородок, нащупываю большим пальцем ее губы, только для того, чтобы девушка засосала кончик в свой горячий, влажный рот. Низкий гул вырывается из моего горла.
— М-м-м, так приятно.
Я дразню, вводя и выводя большой палец из ее пухлых губ, пока она обводит языком кончик и засасывает его как можно глубже в горло. Я не единственный, кто получает удовольствие от ее имитации минета. Эшли мурлычет от каждого поглаживания и от ощущения меня у себя во рту.
