– Я прекрасно вас знаю, мистер Доу, и не потерплю подобного поведения в суде! Еще одна выходка, и я закрою заседание. Мы здесь сейчас решаем вашу судьбу, так что прошу вас держать себя в руках!
Через мгновение я снова сижу на стуле, а копы остаются стоять рядом. Прокурор объявляет, что у нее больше нет ко мне вопросов.
В полной тишине он выжидает несколько секунд, а потом берет телевизионный пульт.
– Дамы и господа присяжные, прошу вас посмотреть на экран, – вежливо просит он.
От него можно ожидать чего угодно. Надеюсь только, что он не переусердствует. Я, как и все, утыкаюсь взглядом в экран и сразу узнаю хозяйственный магазин, в котором мы с Еленой как-то наткнулись на неприятности. Мне тогда пришлось разобраться с двумя верзилами, и все закончилось беседой с охранниками и ее отцом. На видео видно, как я нападаю на двоих парней, а потом мы с Еленой убегаем, взявшись за руки. В конце мы вместе с приемным отцом выходим из офиса охраны, она садится на пол, а я беру ее руками за щеки. Я смеюсь, видно, что Елена злится, но все равно улыбается мне в ответ.
Адвокат протягивает руку и ставит видео на паузу на этом моменте.
– Что вы видите на этой картинке? Не считая влюбленного молодого человека, который защищает свою подругу? Взгляните на них! Как они смотрят друг на друга! Вы правда думаете, что Тиган Доу планировал навредить Елене Хиллз? Я в этом очень сомневаюсь… А что, если на той вечеринке Тиган, как и на этой записи, всего лишь пытался защитить девушку, которую любит?
В зале повисает гробовая тишина. Все взгляды устремлены на экран телевизора. Даже взгляд судьи. Я мельком осматриваю людей, сидящих в зале, и успеваю заметить Солис и еще несколько смутно знакомых лиц, но Джейсона Дэша здесь нет. Этот сукин сын даже на заседание не явился. Я ищу глазами Бенито или Таню, но и их тоже нет. Я сглатываю слюну, скопившуюся во рту, однако даже это не может потушить пожар в моем пересохшем горле.
Я снова смотрю на экран, а адвокат продолжает свою речь.
– Я хочу вам показать еще одно видео. Действие в нем разворачивается в торговом центре за несколько дней до обсуждаемых событий.
Он запускает новый файл. В магазине мужской одежды мы с Еленой сталкиваемся с тремя подонками, которых я позже изобью в раздевалке. Видео очень короткое: они появляются, Елена замолкает, они к нам пристают, один из них прикасается к ней, и я, не рассчитав силу, ударом отправляю его на пол.
– О чем нам говорит эта запись? Елена Хиллз и Тиган Доу встретили Джеймса Терна, Оливера Ванхагена, Тима Ригса и Софи Вуд в магазине. Очевидно, что и в этот раз Доу всего лишь пытался защитить Елену Хиллз.
Он выжидает несколько секунд, бросает на меня беглый взгляд, словно изучая мою реакцию, и запускает еще одно видео про нас с Еленой. Мы стоим у магазина одежды, я ее обнимаю. Елена встает на цыпочки и целует меня, а затем прижимает к себе.
– Неужели на этом видео мисс Хиллз к чему-то принуждают? – спрашивает он. – Похож ли мистер Доу на человека, который собирается заставить ее сделать то, чего она делать не хочет? Ответ: нет! Я хотел бы обратить ваше внимание на следующие детали этой истории: почему Тиган Доу и Елена Хиллз отправились на вечеринку без соответствующих нарядов? Почему Тиган Доу отвел Елену Хиллз в раздевалку с целью изнасилования, если к тому моменту они уже несколько месяцев жили вместе?
– Возражаю, Ваша честь. Мне кажется смешным то, что мистер Вегас намекает, будто попытки изнасилования не было по той причине, что мисс Хиллз была до этого близка с мистером Доу. Надеюсь, мне не нужно напоминать, что она не давала показаний, а без них все это лишь гипотеза.
– Принято. Продолжайте, мистер Вегас.
– Если мой клиент хотел изнасиловать Елену Хиллз, зачем выбирать местом действия лицей? Он мог сделать это много где без риска быть обнаруженным… если, конечно, эта история не сфабрикована от начала и до конца. Если только мой клиент не является идеальным козлом отпущения, чтобы правосудие вдруг не заинтересовалось кем-то другим, сыном губернатора, например…
– Возражаю, Ваша честь! – взрывается прокурор. – Защита высказывает собственные домыслы!
– Продолжайте, мистер Вегас, а суд присяжных просим не принимать во внимание эту ремарку.
Я почти не вслушиваюсь в этот прокурорский крик отчаяния. Я пытаюсь переварить то, что сейчас сказал адвокат.
