– У тебя дома есть стиральная машина? Плюс ко всему, нам бы поговорить. В конце концов, ты же девушка моего лучшего друга, а у меня, как видишь, больше достоинства, чем у него! Я бы никогда не стал спать с его сестрой.
– У него нет сестры.
– Да-да, конечно. Ты погоди, я до него доберусь, посмотрим, точно ли у него нет какой-нибудь хорошенькой сестренки.
– Фу, это отвратительно, Бен! Ну, я ничего не могу для тебя сделать в этом плане, зато у меня дома есть стиральная и сушильная машины.
Он расплывается в улыбке.
– Тогда в дорогу, мисс. Могу сесть за руль, если хочешь.
– Даже и не мечтай.
– Вот дьявол.
Я заправляю стиральную машину во второй раз. Бенито сворачивает косяк, сидя прямо на полу. Я засыпаю порошок, кондиционер и запускаю стирку.
– Просто я никак не могу понять, как этот дурень вообще оказался на вечеринке в лицее. Он ведь туда не собирался.
Мы уже целый час пытаемся проследить всю цепочку событий, чтобы понять, что именно произошло тем вечером и как мы оказались в таком ужасном положении.
Бен облизывает край бумаги, машина издает привычные звуки заливающейся воды. Я сажусь напротив него и прислоняюсь к стене. Парень высунул кончик языка – вот насколько он сконцентрирован на том, что делает. Бенито наклоняет голову вбок и склеивает косяк. Разобравшись с этим, он закручивает кончик и слегка встряхивает получившуюся сигарету.
– Тиг, конечно, закрутил бы получше. Он вообще специалист в этой области, – произносит Бен.
За те два часа, что мы провели вместе, все, что я узнала об этом парне, так это то, что он постоянно перескакивает с темы на тему, даже не задумываясь об этом. Очень сложно следить за его мыслью, если параллельно занят чем-то еще.
– Я никогда не видела, чтобы Тиг закручивал что-то подобное…
Бен поднимает на меня удивленный взгляд.
– Серьезно? Но он ведь курит прямо в доме? Или он с вами превратился в настоящего буржуа?
Я хихикаю. Бен действительно очень неловкий, но ведь именно за это Тиг его и любит. Бенито не обременяет себя скрытыми мотивами или предрассудками. На самом деле, он полная противоположность Тига. Он даже болтает слишком много.
– Так и есть! Он носил рубашки и днями напролет занимался уборкой и домашним заданием, а еще помогал маме на кухне, – сообщаю я.
Судя по выражению лица парня, я его потеряла: глаза пустые, рот открыт. Проходят три долгие секунды, и Бен наконец-то моргает.
– А… Ты надо мной издеваешься, – заключает он. – Мой друг ни за что не напялил бы рубашку!
Я смеюсь. Любой другой человек на его месте разозлился бы, разве нет?
Он вздыхает и указывает на косяк.
– Я могу тут покурить? Видишь ли, я бы не хотел больше оставлять вещи стираться без присмотра.
– Да, конечно. Ты прав, за одеждой только глаз да глаз!
Ему удается меня рассмешить. Это чудо. Бенито прикуривает, делает глубокую затяжку, а потом смотрит на меня.
– Он от тебя без ума, ты в курсе?
Я опускаю взгляд на свои руки.
Бен делает еще одну затяжку и протягивает мне косяк. Я морщусь, и он пожимает плечами с таким видом, будто хочет сказать:
– Когда я узнал, что он в тюрьме, то хотел тебе позвонить, но у меня не было твоего номера. А эта стерва Софи не отвечала на мои сообщения. Потом мне сказали, мол, вы все были в больнице. Но мне не разрешили с тобой увидеться, а с ним тем более. Поэтому теперь, когда мы находимся в такой очаровательной компании, – он указывает на косяк, – объясни мне, Елена, что мой лучший друг делает в тюрьме.
Он вдруг становится таким серьезным, словно его обуяла сильная злость, но так кажется только на контрасте, потому что обычно он всегда дурачится. Даже странно видеть Бенито настолько обеспокоенным. Он не сводит с меня взгляда своих карих глаз; машина шумит, запах порошка, который всегда стоит в этой комнате, смешивается с дымом косяка. Я открываю рот, но не произношу ни звука. Бен хмурится.
– Эй! Ты же не собираешься играть со мной в Тига? Достаточно и одного молчуна.
– Прости, я просто пытаюсь придумать, с чего лучше начать… Этот вечер был ужасен с самого начала и до конца.
– Елена, открой чертову дверь!
Я съеживаюсь. Лучше бы я исчезла, чем слушать его крики с той стороны этой проклятой двери.
– Тиган, подожди! – восклицает папа.
Боже мой, они что, сейчас подерутся? Он снова колотит в дверь. Она вот-вот сломается, и Тиган ввалится сюда, требуя объяснений. Я предполагала, что он плохо отреагирует, так и вышло. Но испытывать это на себе живьем – настоящая нескончаемая пытка. Стены опять сотрясаются от его ударов.
– Елена!
Я закрываю глаза. Прости, Тиг… Прости меня. Я не могу остановить слезы. Из-за двери слышен голос папы и какое-то движение. Отец спокоен, но слов я разобрать не могу. Я тихонько встаю из угла, в котором пряталась, пока Тиг пытался разбить дверь в комнату, и обхожу кровать. Я прекрасно слышу Тига, и это разрывает мое сердце.
– Елена… Ты не можешь меня оставить.
