Поток энергии Энцо бесконечен, он поглощает все на своем пути. Когда огонь добирается до пушек на бортах, нас оглушают взрывы. Под воздействием взрывных волн все мы падаем на колени. Я чувствую, как продолжают дрожать доски палубы. Дальше и дальше бежит выпущенное Энцо пламя, пока не оказываются подожженными все корабли бельданцев. Их соединяют между собой линии огня, которые тянутся, насколько хватает глаз. Языки пламени взвиваются высоко в небо. Я поднимаю голову и подставляю лицо под струи дождя, впитывая в себя ощущение мрака, который от него исходит. Меня уносит в воспоминания о том давнем дне Веснолуния, когда члены Общества Кинжала запалили гавань Эстенции.
Наконец Энцо свешивает голову. Плечи его опускаются, и он падает на колени. Издает стон. Я приглядываюсь к нему и вижу: страшные ожоги, которые всегда были у него на кистях рук, теперь доходят до локтя, кожа обожжена и почернела, глаза так и остаются черными прудами. Его продолжает окружать тонкое огненное кольцо.
Вокруг нас полыхают военные корабли бельданцев. Маэва смотрит на них, не веря своим глазам. Впервые я вижу ее онемевшей от изумления.
Терен выводит вперед своих инквизиторов. На его лице сияет улыбка победителя. Я не сразу понимаю, что, вероятно, он думает, будто я совершила все это ради него.
– Мне нужна ее голова! – восклицает он, указывая мечом на Маэву.
Но королева Бельдана уже пришла в себя. Они с Лючентой быстро переглядываются, потом та вызывает порыв ветра, чтобы отправить королеву парить в небесах. Кто-то из братьев подлетает к Маэве и подтягивает сестру на спину своей балиры.
Однако мой взгляд прикован к Раффаэле. Он подходит к Энцо. Глаза принца все еще залиты мраком, на лице замерло выражение ярости, кольцо огня горит у ног. Я не знаю, почему смотрю на Раффаэле и ничего не предпринимаю. Возможно, со мной так случалось всегда, настолько очаровывала меня его красота. Даже сейчас среди смерти и разрушений он двигается с неземной грацией. Его внимание полностью сконцентрировано на Энцо. От этого зрелища у меня щемит сердце, и крошечная, давно забытая часть моей души освещается искрой света.
Раффаэле подходит к Энцо. Язычки пламени продолжают гореть на ладонях принца, но по какой-то причине он не бросается в атаку, а вместо этого позволяет Раффаэле обхватить себя сзади рукой за шею и притянуть к себе, так что их лбы соприкасаются. По лицу Раффаэле текут слезы. Я вдруг вспоминаю, как он выглядел в тот день, когда отвернулся от меня, как закрыл глаза в ответ на мои мольбы позволить мне остаться. Такое выражение лица у него и сейчас.
Энцо прищуривается и делает движение, будто хочет схватить Раффаэле за запястье своей горящей рукой и заживо сжечь его изнутри.
– Не надо, – шепчет Раффаэле.
Глаза принца остаются черными, но он не отшатывается, а замирает на месте в окружении огня.
Глаза Энцо мерцают. Он смущенно моргает, глядя на Раффаэле, а потом склоняет к нему лицо. Раффаэле нагибается вперед, закрывает глаза и кладет голову на плечо Энцо. Мне нет нужды вмешиваться, чтобы понять: сейчас энергия Раффаэле перетекает в Энцо, исцеляет его, утешает, успокаивает. О собственной ярости Вестник забывает.
Мгновение Раффаэле смотрит на меня. В свете огня его сверкающие, как драгоценные камни, глаза поразительно красивы.
– Не надо, – говорит он, на этот раз мне.
Терен с рыком выступает вперед, готовый броситься на Раффаэле.
– Виолетта! – кричу я, и сестра отзывается с высоты.
Она применяет свою силу.
Терен издает вопль, его энергия исчезает, отнятая Виолеттой. Я мрачно затягиваю вокруг него нити тьмы, они пережимают ему нервы и заставляют кричать. Я тяну изо всех сил, стараясь повторить то, что сделала с Данте, по отношению к тому, кто заслуживает смерти. Шепотки полностью контролируют меня.
– Ты мне не приказывай, – огрызаюсь я.
Терен содрогается в конвульсиях на палубе, а тем временем битва у нас за спиной разгорается с новой силой.
На мгновение я отвлекаюсь на Раффаэле. Он совсем не страшится того, что я могу сделать, хотя наверняка не забыл, как я мучила его на арене. От него исходит только ощущение печали, а под ней царит твердая решимость.
– Если ты ищешь справедливости, Аделина, – говорит он, – таким образом ты ее не найдешь.
Моя решимость дает трещину. Как мне найти в своем сердце столько ледяного холода, который понадобится впоследствии, если я не могу заставить себя действовать против Раффаэле? Против других членов Общества Кинжала? Как удается ему смягчать мое сердце после всего того зла, что он мне причинил? Я начинаю плакать и не забочусь о том, чтобы стереть слезы с лица. Терен корчится на полу рядом со мной. Раффаэле берет Энцо за руку и тянет его к балире. У меня нет сил их останавливать, я могу только смотреть.
Терен с трудом поднимается на ноги. Это вынуждает меня оторвать взгляд от Раффаэле и Энцо. Виолетта продолжает лишать Терена силы, но пронзать меня злобным взглядом ему все-таки удается.
– Я собираюсь вынуть из тебя потроха, волчишка! – рычит он и бросается на меня.
