– Полагаю, могла бы, – произношу я ровным тоном.
– Так давай, – дерзит Терен. – И покончим с этим.
Я смотрю на него. Почему бы и нет? Взгляд мой перемещается к тому месту, где еще совсем недавно находились Раффаэле и Энцо. Теперь их нет. Никого из Общества Кинжала не осталось. Я обвожу глазами небо, но их нигде не видно. Они отступают вместе с остатками флота бельданцев.
Подхожу к Терену, наклоняюсь, чтобы наши глаза оказались на одном уровне. Смотрю, как по его лицу струится дождь. Когда я впервые увидела это лицо? Будучи привязанной к столбу, конечно, и он тогда подошел и склонился надо мной. Как он был уверен в себе, держался с достоинством. Еще бы, такое красивое лицо, точеные черты и глаза, в которых пульсировало безумие. Я улыбаюсь, понимая, что теперь мы поменялись ролями.
Я наклоняюсь ближе к его уху, так же как он однажды придвигался к моему, и говорю:
– Нет. Я не убью тебя, пока сама не решу, что пора. Ты разрушил и испортил все, что мне дорого. И в отместку я хочу, чтобы ты почувствовал, каково это. Я не стану убивать тебя. Я сохраню тебе жизнь. И буду мучить. – Голос мой превращается в шепот. – Пока твоя душа не умрет.
Терен только молча смотрит на меня. Не могу описать выражение его глаз.
Напряжение битвы наконец спадает. Я стою на палубе, не прячась от дождя, а он льет и льет. Повсюду вокруг нас, качаясь на бурных волнах, догорают корабли бельданцев. Маджиано, Сержио и Виолетта молча смотрят на это. Инквизиторы стоят столбом и ждут моих приказаний. Общество Кинжала потерпело поражение, и Терен – мой пленник.
Энцо унаследовал трон. Джульетта уповала на свою королевскую кровь. Королева Маэва правит Бельданом, потому что была рождена для этого.
Но истинными правителями не рождаются. Ими становятся.
Жестокая королева – это не обязательно неудачница. Под ее руководством Кенеттра превратилась из сияющего сокровища в мутный камень, и ее империя стала править остальными, тьма протянулась от солнца до моря, до неба.
В первый раз я встретилась с инквизитором, когда он вытащил меня из копны сена в амбаре и арестовал за смерть моего отца. Меня продержали в темнице три недели, а потом приковали к железному столбу. Они гонялись за мной многие месяцы, преследовали за границами разных стран, убили тех, кого я любила.
Как странно, что сейчас они видят меня и не достают мечи из ножен. Мы с Виолеттой идем по коридорам дворца, а они расступаются и опускают глаза. Я держу голову высоко, но чувствую себя скованно в присутствии стольких людей в белых накидках. Мои наемники разбрелись по дворцу. Выражая верность мне, они салютуют обнаженными мечами. Позади нас идут Маджиано и Сержио. Оглянувшись через плечо, я вижу, что глаза Маджиано устремлены на охваченную пожаром гавань, взгляд у него отстраненный. Сержио останавливается переговорить с кем-то из наемников. Я сжимаю челюсти и напоминаю себе, что с такими союзниками мне ни к чему так сильно бояться инквизиторов.
Королева мертва. Главный Инквизитор – в цепях, с помутившимся рассудком. Их дворец захвачен, но самое главное – они боятся того, что я могу с ними сделать. Я чувствую, какой страх царит в их сердцах. Уже поползли слухи о том, как Энцо одним движением рук спалил весь флот бельданцев. Они перешептываются о том, как я заставила Терена корчиться в муках, как члены Общества Розы догоняли скачущую на спине балиры девушку из Общества Кинжала, а ее тут же убило молнией.
Я чувствую их страх и использую его, чтобы восстановить силы.
Тысячи людей собрались вокруг дворца.
Когда наступает утро и солнце узкими лучами прорезает черные тучи, подсвечивая струи дождя, мы заходим в королевские покои. Мне нужно обратиться к своему народу и выглядеть при этом естественно. Я выйду на балкон с высоко поднятой головой, и мои мечты, которым я предавалась в отцовском доме, будучи маленькой девочкой, исполнятся.
– Ваше величество, – говорит Маджиано, когда мы входим в зал.
Я оборачиваюсь, он отвешивает мне легкий поклон. Во взгляде его сохраняется отчужденность.
– Я вас оставлю, чтобы вы могли подготовиться. Вору не положено находиться на королевском балконе.
– Тебе больше незачем быть вором.
