Выпрямившись, Лия снова оглядела помещение. Так гораздо лучше, решила она, более динамичная расстановка. Раньше здесь были сплошные параллели и прямые углы, мебель скучно стояла в ряд вдоль стен. Теперь кушетка располагалась по диагонали, отсекая угол комнаты. Образовался уголок для чтения: стеллаж с журнальным столиком, примостившимся сбоку.
Отдышавшись и немного передохнув после физической нагрузки — перетаскивания мебели, — Лия вновь обратила внимание на тягостную тишину. Ей казалось, что занавески колышутся от ударов ее сердца.
Третья волна. Лия представила, как бы это было замечательно, вообразила изумленное лицо Джесси. Эйфория — она победила, вошла в число избранных! Она бы сразу начала ходить на процедуры — в рекомендованном темпе, конечно. И когда дело дошло бы до имплантов, все проблемы с рассогласованием и прочими побочными эффектами наверняка были бы решены. Каждую неделю Лия выходила бы из клиники, сверкающая здоровьем и могуществом, и становилась бы все сильнее и сильнее, под стать античным богам. Кровь, текущая по ее сосудам, наполнилась бы жизненной силой. Кожа стала бы свежей, невероятно мягкой и одновременно неуязвимой, непроницаемой.
Она стала бы богиней. И ничто в целом свете не могло бы причинить ей боль.
Телефон зазвонил. Опять отец. Впервые за три недели Лия сняла трубку.
— Лия?
— Привет, папа.
— Много дел на работе? Мне никак не удавалось до тебя дозвониться, — голос звучит ровно. Ни обвинений, ни обид, ни тревоги. Будто ничего не произошло.
Лия рассеянно кивнула, потом сообразила, что Кайто ее не видит.
— Да, я очень занята — новый клиент на работе, — соврала она.
— Ого. И как идут дела?
— Хорошо, — ответила Лия. — Немного трудно, но хорошо.
— Ну ты постарайся не перерабатывать, — сказал отец. Прозвучало очень похоже на Тодда, она ждала, что он добавит: «Здоровый дух, здоровое тело». Но он, конечно, не добавил.
— Не буду. Слушай, мне пора бежать. Много дел.
— Ладно, — отозвался Кайто, потом, помедлив, добавил: — Надо бы встретиться как-нибудь. В ближайшем будущем. Поболтаем. Когда у тебя найдется время.
Разговор закончился.
«Встречи обычно проводятся в частных домах, — сказала ей Анья. — Вдали от любопытных глаз». Лия, конечно, об этом знала, но кивнула, будто слышит о таком впервые. «Но эта встреча особенная, — добавила Анья. — Она состоится в ресторане».
Ресторан оказался вполне приятный. Он разместился под сводами перестроенной церкви во Втором округе — одного из последних невысоких зданий в Центральных округах (правда, под ним вырыли еще десять подземных этажей). Наверняка его до сих пор не снесли только благодаря какому-то высокопоставленному покровителю, имевшему друзей в Министерстве. Лию удивило, что Общество проводит встречу в таком месте, но потом она вспомнила вечеринку — особняк в богатом районе, гости в шелках и мехах. Как там Джи Кей сказал?
Входя в ресторан, Лия вспомнила Джи Кея. Мысленно посмотрела на его бледную кожу, наверняка страдающую от солнца, заглянула в его водянистые голубые глаза — сплошь рецессивные гены, которые скоро напрочь исчезнут из генетического набора человечества. Она почувствовала внезапный приступ жалости к Наблюдателю — силит, бедолага, за огромным столом в крошечном офисе и переписывает всякую канцелярскую чепуху, несмотря на все свои дипломы. Теперь, когда они начали сотрудничать, Лия больше не испытывала к Джи Кею ненависти. Она осознала, что в происходящем его вины нет и удовольствия от работы он не получает. А вот при мысли об Эй Джее в ней вскипали прежние чувства — обжигала ярость, вспыхивал гнев. Бедный Джи Кей, тяжело ему работать с таким напарником!
