Спустя некоторое время после того, как дон Десимо Контрерас пригласил Бальтасара в свою церковь, он сделал его учеником. Связь между ними установилась сразу же. Парню не нужно было ничего говорить, поскольку старику достаточно было, чтобы тот его слушал и выполнял его просьбы. А в этом Бальтасару не было равных. Потихоньку преподобный отец учил его разным наукам. Подопечный рос, становился самостоятельным и уверенным в себе. Он вставал очень рано и пунктуально посещал занятия и работу по выходным, а потом шел в церковь. Он не пропустил ни одной службы. Ни разу не оставил поручение невыполненным. Он не был уверен, стал ли меньше заикаться, или это теперь меньше его беспокоило. По крайней мере, он мог занять ум другими вещами и вскоре был даже назначен регентом. Почти никогда язык его не подводил, когда он пел псалмы или повторял молитву. Отец Контрерас давал ему книги, учил служить и переводить.
Но теперь Бальтасар сам стал настоятелем, и проблемы у него были другие. Однажды в воскресенье перед заходом солнца старый Контрерас в последний раз увещевал ученика:
— Ты должен быть готов, сын мой. Если пророк заболеет, люди должны знать. — Бальтасар закрыл большой том Компендиума в кожаном переплете и другой, в деревянном, куда переписывал содержание первого на латыни. Он вспомнил ноги Педро, его облезшие и зловонные ступни, покрытые язвами руки и этот кашель, который начался несколько недель назад. Контрерас, сидевший на низенькой скамеечке, взглянул вверх, прямо ему в глаза. — Ты должен предупредить их об опасности.
Диссертация, за которую Джованна получила докторскую степень, была посвящена вспышке
Критериями для квалификации эпизодов криптококковой инфекции как контаминирующей вспышки стало наблюдение соответствующих симптомов и выделение
Как показано на рисунке 17, в период с 2000 по 2001 год криптококковая инфекция была диагностирована у 35 млекопитающих, в том числе у 13 собак
35 из 38 случаев заболевания людей (92,1 %) и 28 из 35 случаев заболевания животных (80 %) были зарегистрированы на восточном побережье острова Ванкувер. Остальные случаи относились к людям, которые посетили это место. Никто из них не выжил (Оддо 2015, 85–86).
Одна из гипотез Джованны, из-за которой у нее возникли проблемы с некоторыми членами аттестационной комиссии, указывала на определенную особенность генетического строения
В будущем, объясняла Джованна, этот генотип гриба, вероятно, будет способен не только вызывать «поражение, связанное с бронхолегочной системой, которое мы знаем как криптококкоз <…>, но также и инициировать процесс симбиоза с организмом-хозяином».