Они посмотрели друг другу в глаза, и Лерон с глухим рычанием ответил на немой вопрос:
— Нет! Я не сделаю этого.
Лестер и Дэниель подошли к ним, отвечая на зов Аларда. Они уловили все оттенки разговора. Не даром же клинки объединили их и разрушили.
— Лер, из нас всех только тебе есть смысл вернуться. Багровый повелитель уничтожил Вайяну, а я не хочу быть вечным в одиночестве.
— Мне нет смысла возвращаться, — едва слышно ответил Дэниель. — Я же обречен был на скорую смерть, но ты дважды изменил мое предназначение. Я чувствовал себя лишним в том мире.
— Я тоже не хочу, — голос Лестера мягкий и чистый. — Жить с таким восприятием эмоций — мука. Особенно, когда познаешь все эмоции.
— Мы хотим, чтобы ты вернулся, — озвучил общее решение Алард. — Ты заслужил это. Если бы не ты, у нас бы не было даже этой жизни.
Он собрал нити энергии и опустил в раскрытые ладони друга.
— Вернись к Крис. Нельзя оставлять её одну в Вечности.
Лерон сплетал нити личного и Алард чувствовал, как теряет воспоминания, как медленно хаос поглощает его существование, как личность превращается в ничто, теряя искры живого сознания. Но так нужно было, так нужно, так легче, правильно и… больше ничего нет…
Лерон сплетал нити, не оборачиваясь на друзей. Они исчезали, и эта потеря пульсировала болью. Он знал, что не может плакать, но это единственное, чего он мог желать сейчас, прощаясь навеки с теми, кто был способен на подобную жертву. Он знал, что его тело там, на поверхности, залечивает физические раны, но что делать с теми ранами, которые в узлах серебряной вышивки обсидиановых нитей?
Движение энергии рядом заставило его на мгновение прерваться. Он едва не зарычал, увидев осматривающего сад Хантора. Поддавшись человеческой привычке, потянулся за мечами, но их не было. Обсидиановые клинки разбились, как и жизни его братьев.
— Ненавижу, — прорычал Лерон. — Это ты должен исчезнуть, а не они… предатель. Ты в каждой жизни не можешь изменить свою гнилую сущность. Пятьсот лет назад предал свой народ, хотя так кичился происхождением. Роган, симф-предатель, даже твои братья полукровки отдали жизни за симфов. Но не ты, не так ли? Поэтому Багровый повелитель и связал для тебя новую, такую же мерзкую жизнь? Предатель… Возвращайся, но помни, что я буду убивать тебя снова и снова. Пока на твоем узоре не станет узлов больше, чем нитей, и ты не сможешь вернуться. Слово темного мага!
Призрачное лицо Хантора не выражало эмоций. Он смотрел на сад, будто искал что-то, но не находил. Лерон поразился его действиям. Его чистокровный брат срывал нити своего личного, разрывая на клочки, но энергия настойчиво соединялась в узор. Его повреждения — это сущий пустяк по сравнению с их взрывом.
— Забери её, Карающий! Ты слышишь, полукровка? Разрушь меня! Я больше не могу переживать этот ад. Я уже сотни раз повторял все грехи, видгары умеют наказывать. Разрушь меня! Наша энергия схожа, забери её. Багровый повелитель обещал мне освобождение. Но проклятие могут снять только видгары и ты, — Хантор рассмеялся немного сумасшедшим смехом. — Давай же, родственничек, забери мои нити. Верни своих братьев и дай мне слиться с хаосом, я не выдержу нового цикла.
Лерон злорадно усмехнулся. Так значит проклятие видгара?! Что ж братец получил по заслугам. Мужчина брезгливо поморщился от вида сверкающей в унисон с его нитями энергии. Ему нужно закончить узор…
…Крис не знала, сколько просидела на холодной и влажной от крови траве возле его тела. Все ждала чуда, но чудо не происходило. Даже магическое кольцо симфов вернулось в «королевских двор», не дожидаясь хозяина. Ранер все это время, как истукан, стоял рядом. Лицо застыло каменной маской, он не мог отойти от тела мертвого друга.
Крис ждала, чтобы хоть кто-то из друзей оказался рядом. Ей так нужны властные и сильные руки Аларда, успокаивающие прикосновения Лестера или утешающий взгляд Дэниеля. Хоть кого-то из них. Но пришли страшные известия: все они… О, Всезнающий! Снова, она потеряла всех снова.
Слезы не переставали течь из глаз. Крис уже не верила в возвращение Лерона, только надеялась, что сможет найти его в будущей жизни. И больше не могла смотреть на его залитое кровью холодное тело. Спрятала лицо в ладонях.
— О, Боги! — вскрикнул рядом Ранер. — Ты точно сам Карающий! Да как же такое возможно?
— Ранер, не упади в обморок.
Крис задрожала от такого знакомого голоса. Галлюцинации, у неё галлюцинации. Он недвижим и мертв, он не мог сейчас шутить со своим иларом. А когда почувствовала сильное и теплое объятие, едва не лишилась чувств.
— Крис… ш-ш-ш… не нужно. Просто поверь, поверь и все.
Он шептал долго, пока Крис не осознала, что это все реальность, а не игра сумасшедшего сознания. Она не могла остановить слезы, только теперь рыдала от облегчения.
— А они…
— Нет, милая, только я, — шептал он, а в небе разливалось северное сияние временного портала.
