– Что случилось, Елен? – он уставился на нее, внимательно разглядывая. Она была одета в не раз стираный халат, со сбившей прической, с усталыми глазами на бледном пухленьком лице.
– Ничего, всё хорошо. Если хочешь, проходи, там чайник сейчас закипит, попей чаю, – предложила она ему, махнув рукой, указывая на кухню.
– Да что случилось? – настаивал он, тихо проходя в квартиру.
– Не спрашивай. Сейчас всё хорошо, – успокаивала она. – Сегодня такой тяжёлый день. Я просто забыла. Просто забыла, прости, Простите меня.
Тут засвистел чайник, это означало, что вода закипела. Он хозяйничал на кухне ища заварку, бокалы. Он принёс чай в комнату на подносе.
– Сегодня… с утра … – она стала рассказывать.
Утром она проснулась не сообразив, кто это ещё в их с дочкой комнате. Но не стала будить Станислава. И только после того, как наполовину приготовила завтрак вспомнила про него. Ей стало не ловко, что подумают о ней. Хотя вроде бы ничего такого не было. Голова немного болела, утренней бодрости не было, но не было и тяжелой усталости.
Он потрогала его за плечо, он тут же, как кошка, среагировал, а осмотревшись, обмяк.
– Ну, Вы и даёте! Так меня заикой можно сделать, – указала она ему на его реакцию.
– Прости. Привычка, прости. Я давно так не спал глубоко, как в эту ночь.
– Вы всегда так спите в чужой квартире?
Станислав не знал, что ей отвечать. Он на самом деле так спокойно давно не спал, как в эту ночь. Он сидел с легкой улыбкой, которая смогла показаться ухмылкой. Его прямой широкий нос на овальном лице напоминал аристократичные черты европейского происхождения. Только вот прямые иссиня-черные волосы не вязались с образом аристократа. Но ни она, ни он не знали этого. Позавтракав, она направилась на работу, а грязные тарелки и бокалы положила в раковину. Дочь вчера она не решилась оставить у своей матери, хотя отец обещал сам отвести внучку в детский садик.
Она направилась к дороге, но Станислав её за руку ухватил, показывая ей на «Ситроен».
– Я подвезу, говорите куда.
– Спасибо.
– И всегда Вы так рано встаёте?
– Рано!? – удивленно спросила она.
– У Вас, кажется, была другая машина? – спросила она.
– Это – служебная!!!
– Елен, ты не посмотришь мою подругу? – обратился он к ней как-то.
– Подругу?
– Ну да. А что?
– Подругу?
– Ну, подругу, – не понимая, чего она так смакует это слово. – Нет, это на самом деле подруга, друг – точнее.
– Так, друга или подругу? – она как-то подозрительно посмотрела на него. А в голове перемывались мысли: «Нет, это я зря, говорят же, что танцоры все голубые…» И в тоже время у неё проявились какие-то нотки ревности.
– Ну, как тебе сказать? Моя знакомая, с ней мы знакомы очень давно, со школьных времен, с лагерей, – он стал путано объяснять ей. – А мне она друг. Или подруга. Просто друг. Как правильно сказать, не знаю. Она не мужчина, она – женщина… Елен, её нужно посмотреть. А!
– Хорошо. А что с … ней? – она не могла подобрать слов для себя, как определить этого человека.
– Да что-то с суставами, – он сказал ей.
Через несколько дней, вечером после репетиции он вызывал такси, и они поехали к его знакомой.
Его подруга проживала в квартире на третьем этаже обычного типового доме брежневской постройки. Их встретил отец подруги, бывший рабочий одного из заводов города. Хоть он и был пенсионер, а на работу его всё равно вызывали. Друг или подруга, для Елены все еще оставалось загадкой, оказалась милой худенькой дамой приятной наружности. И даже Елена позавидовала ей, её стройной модельной фигуре.
Подруга Станислава была привлекательной шатенкой, с длинными жёсткими ресницами и смуглой кожей, что выдавало в ней восточную кровь. Отец напомнил ей, чтобы она напоила гостей чаем. …
Оказывается, у неё были жалобы на боли в суставах с утра и на скованность. Это указывала на сухость в суставах и скованность, тугую подвижность в них. Через боль с утра она расхаживалась и тогда та отступала. У её матери было такое же состояние, только до боли в суставах. Елена, осмотрев суставы, ничего не заметила плохого в них. Только сухость кожи, истончённость мускулатуры. А выглядела она и её мама вполне прилично и даже можно было позавидовать.
Елена поняла: перед ней типичная наследственная патология остеоартроза.
– Ну что, можно ей как-нибудь помочь? – Станислав уставился на неё с выжиданием. – И что с ней?
– Ну, это похоже на остеоартроз.
– А оно от чего? – настаивал её партнёр.
– Наука и учёные пока не пришли к однозначному ответу. В последнее время американцы провели исследование и установили, … вроде как помогает фактор роста нервов, – произнесла как бы про себя, но вслух Елена, вспоминая научную статью и недавнее выступление профессора ревматолога из столицы. – У нас считают, что это – дегенеративно-дистрофический артрит тазового кольца и нижних конечностей, вследствие трунцита поясничного отдела симпатического ствола. Последствия вирусного или бактериального инфицирования из толстой кишки и мочевых органов, репродуктивной системы…
– А препараты для лечения у нас есть?
