— Ничего. Уже получше. Кэтрин мне помогает по мере возможности, и Брайан всегда рядом, — девушка бросает ласковый взгляд на своего мужа, а я чувствую себя неуютно, словно подглядываю за их счастьем в замочную скважину.
Чтобы отвлечься осматриваю комнату, и снова мой взгляд цепляется за девушку, держащую на руках младенца. Кэтрин поднимает на меня взгляд, и впервые в её глазах нет воинственности. На мгновение мне даже кажется, что я ошибся, и это совсем не Кэтрин Хилл. Разве может человек измениться за такое короткое время?
«А может я просто не знаю её настоящую?» — но тут же поправляю себя. — «Мне это и не нужно. Главное, чтобы мисс Хилл вела себя адекватно, а не бросалась обвинениями в мой адрес».
***Кэтрин
Я очень сильно переживала за Лиз. Говорят, что после родов организм омолаживается. Если это и правда, то моя подруга является исключением из данного правила. Мы с Брайаном серьёзно беспокоились за новоиспеченную мать. Но Лиз и слышать ничего не хотела, продолжала твердить, что в порядке.
Только пару дней назад раздался звонок. Я уже укладывалась спать, но всё же ответила. Моя подруга впервые плакала, рассказывая о том, как ей тяжело, как она устала, и как сильно болит у неё спина.
Лиз попросила меня о помощи.
И конечно уже через полчаса я была у неё и взяла малышку на себя, в то время как Брайан заботился о своей жене. Моей подруге делали кесарево, и, видимо, оно дало осложнение. Такое бывает редко, но Лиз и здесь оказалась «счастливицей».
Сейчас, нянчась с малышкой, я всё никак не могла выбросить из головы завтрашнюю поездку супружеской пары к доктору. Лечащий врач Лиз позвонил сегодня с утра и сказал, что анализы пришли плохие и необходима дополнительная проверка, а в идеале — госпитализация.
Конечно, я убедила подругу, что помогу Брайану с ребёнком. У меня как раз отпуск. Но достаточно ли этого? Мне всё время кажется, что я плохо забочусь о малышке и её маме, кажется, что я плохая подруга.
«Может, я просто устала…»
Даже появление Бейкера-старшего не выводило меня из себя. Мне просто было не до этого. Малышке пора было давать бутылочку, молока у Лиз так и не появилось.
— Зайка, пойдём к мамочке, — с улыбкой я протянула свёрток подруге и поспешила скрыться на кухне.
Колдуя над смесью, я не сразу сообразила, что уже не одна.
— Что-то ты тихая сегодня, — вывел меня из задумчивости голос Ходжа. — Я с трудом тебя узнаю.
«Он специально выводит меня на конфликт? Ну что за поведение, как у вздорного мальчишки?!»
Однако, внешне я оставалась всё так же спокойна и лишь одарила надменного мистера Бейкера равнодушной улыбкой.
— Всё настолько плохо? — вдруг став серьёзным спросил мужчина.
— Не понимаю, о чем ты.
— Не строй из себя дуру, тебе не идёт, — Ходж подошёл ко мне и, протянув руку, взял яблоко из вазочки стоящей рядом со мной. При этом мужчина дотронулся до моей руки и вызвал тем самым целый табун мурашек. — С Лиз… У неё совсем дела плохи?
«Странная реакция», — но зацикливаться на ней я не стала. Нужно было ответить на вопрос.
— Мы надеемся, что нет. Но пока ничего толком не известно.
— Плохо, — Ходж побарабанил пальцами по столешнице и задумчиво посмотрел на бутылочку в моих руках. — Пойдём, нас уже заждались.
«Заждались, да только не нас, а бутылочку», — поправила я мужчину про себя.
А затем обошла старшего Бейкера и направилась в гостиную. В общем и целом, вечер прошёл неплохо. Я даже заметила румянец на щеках у Лиз. Однако, приближалось время сна. И попрощавшись со всеми, я отправилась укладывать малышку.
Уходя в детскую, я спиной ощущала пронзительный взгляд. И я знала, чьи глаза сейчас буравят меня. Знала, что стальной блеск этих глаз не сулит ничего хорошего. Но сейчас мне не до него. Пусть мистер Бейкер катится ко всем чертям со своими гляделками.
Укладывая дочку Лиз, меня никак не покидало чувство тревоги. Что-то приближалось, но что? И откуда ждать беды, я сказать не могла. Всё, что оставалось, это лишь надеяться, что я ошибаюсь. Что просто накручиваю себя.
========== Глава 3. Одно мгновение ==========
Брайан
Вечер подходил к концу, и это было хорошо. Я видел, как вымотана Лиз, но она такая упрямая и ни за что не признается в этом. Будет сидеть и мучиться. Глупая и очень упрямая, но самая любимая.
Я каждый день благодарил Бога за то, что он послал мне моих любимых девочек: жену и дочку. Они — самое дорогое, что у меня есть, и я представить не могу что бы со мной стало, потеряй я одну из них. Мало кто думает о потере в подобной ситуации, но последнее время у меня из головы не выходят эти мысли. Дело в том, что Лиз очень тяжело пережила роды. Врачи боялись, что она не выкарабкается.
Как мне объяснил доктор: во время естественного родоразрешения отказало сердце. После реанимации было принято решение о срочном кесаревом сечении, так как остановка могла повториться. Но после анестезии, ее кололи в позвоночник, у Лиз начались еще проблемы и со спиной. Периодически отказывали то руки, то ноги. Дикие боли в спине не давали ей спать.
