Я удивлённо пожала плечами, но возражать не стала. Проверка так проверка… хотя и не вижу в ней особой необходимости. Особенно теперь, после внедрения т’таги.
— Почему вдруг сейчас? — поинтересовалась по окончанию уже знакомой процедуры. — Вроде очередная только через две стандартные недели должна быть?
— У тебя теперь чаще, — сообщил Далин. — Ты в категории потенциально опасных.
От такого заявления у меня глаза на лоб полезли. Я — опасная?
— И много студентов у вас в этой категории?
— Семеро.
Семеро из шестидесяти четырех. Немного, но и не так мало, как можно было предположить.
— А за что меня в эту категорию включили? Вроде раньше реже проверяли? Что изменилось?
Чиртериан насмешливо свил волосы и ушёл сопровождать очередную группу на прогулке. А вот Ириль никуда не спешил — его смена закончилась.
— Таков порядок, — сказал он. — Никто из нас не считает, что ты стала большей угрозой, чем была.
— Тогда по какой причине? — повторила вопрос я.
— Всё элементарно. Теперь ты связана не только с Лиссом, но ещё и с Ассом. А он не просто байлог, а байлог, обладающий властью и влиянием.
— И что? — не поняла я.
Эдельар достал сок и, налив в небольшие кружки, пододвинул одну мне.
— Говорю же: мы не думаем, что ты будешь злоупотреблять открывшимися возможностями. Но они есть — поэтому проверки и ужесточились.
— Это тайна? Меньше знаю — меньше шансов, что воспользуюсь? — отхлебнув кисловатый напиток, поинтересовалась я.
— Наоборот, — мужчина тоже отпил сока. — В твоём случае скорее обратное. Если будешь знать, то постараешься не злоупотреблять.
Отставив кружку, вопросительно посмотрела на куратора.
— Асс может… и, скорее всего, будет тебя защищать даже вопреки здравому смыслу. В том числе, и если ты нарушишь закон.
Я чуть за голову не схватилась и нервно допила из кружки.
— Это из-за того, что я рассказала о забракованных студентах?
— Не только. Много факторов, — Ириль подлил ещё сока. — Если тебя беспокоит, то ты нигде не вышла за пределы допустимого. Разве что проявила удивительную склонность к общению с опасными видами… но это, похоже, твоя психологическая особенность. Поэтому не переживай: так уж сложились обстоятельства. Наоборот, лично я считаю, что в Древтаре ты поступила правильно.
Оторвав взгляд от жидкости, я удивлённо посмотрела на собеседника.
— Тартарцы зарвались, — жёстко пояснил он. — Если бы мы раньше узнали, когда именно они собираются совершить выбраковку, то сами бы приняли меры.
— Почему? Я думала, вы не против выбраковки…
— Это необходимый процесс и, естественно, мы его поддерживаем, — согласился мужчина. — Но одно дело — собственно выбраковка, а совсем другое — попытка сыграть на нервах Асса. Кстати, некоторые древтарцы тоже показали себя не с лучшей стороны.
Мы помолчали. Я ещё отпила из кружки и задумалась, рассказывать ли про Лию. Ведь по сути произошедшее в Орилесе не только моя заслуга или вина. Тартарка тоже приложила руку. С другой стороны, если бы Лия хотела, чтобы о её участии знали, то запросто могла раскрыться сама. Ладно, я и так уже глубоко в какие-то непонятные разборки влезла, не стоит забираться ещё дальше.
— Мной могут попытаться воспользоваться в межвидовой войне, — кивнула, показывая, что поняла суть происходящего.
— В том числе, — согласился Ириль. — А теперь давай провожу до ваших комнат.
Допив сок, я тяжело поднялась: после спортзала навалилась усталость.
— Я помню, что тогда не ответил на твой вопрос, — заметил куратор по пути. — Возможностей защититься несколько, но почти все слишком сложны в реализации. В результате — практически неприменимы, кроме как в лабораторных условиях. — Зевнув, я остановилась и выжидающе обернулась к эдельару. — Идём, не задерживайся. Но да, ты правильно услышала — почти все. Ренства не происходят внутри вешности. Но байлогов слишком мало, а без них эта защита… перестаёт работать так, как надо.
— Разрушается?
— Нет. Перестаёт впускать и выпускать. Консервируется и впадает в режим ожидания. В результате можно оказаться либо снаружи, но без защиты, либо внутри, но без шанса выбраться. Потому что проделать проход в вешность сложнее, чем снести с лица земли, например, этот город. К тому же, вешность самовосстанавливается и даже наращивает новые слои, если нанести ей повреждения.
Попрощавшись с Ирилем, побрела в свой сектор. Там устроилась на полке и долго отдыхала, наслаждаясь уже тем, что могу полежать, и что в таком положении гравитация воспринимается легче. Теперь понятно, почему в Вертаре так защищают байлогов. Ещё бы этого не делали — в такой-то обстановке! А ещё стало ясно, что имел в виду Лик, когда говорил про отличную защиту у этого вида. Скорее всего, друг имел в виду не собственную живучесть родичей Асса, а именно устойчивость к атакам их универсальной защиты.
