Поэтому лишь стоял на месте. Просто стоял и смотрел как уходит самая дорогая женщина в его жизни, понимая, что сейчас… да, наверное, уже потерял. Никакой надежды в нем не осталось. А самое ужасное, что и сил тоже. Словно со злостью, с той тянущей болью и горечью собственных ошибок пришло полное бессилие.
Знакомое дыхание, тихий неуловимый шаг. Сейчас он мог даже поклясться, что друг стоит в своей привычной позе — чуть опираясь на ограду лестницы, поглядывая на него сверху. На худший спектакль его жизни, чьим зрителем он стал.
Дамиан, закрыв глаза, шумно вдохнул в себя воздух. Ещё пахнет вишней. Пахнет ею. Воздух вокруг него навсегда останется этим ароматом. Сохранит её улыбку навечно.
— Зачем? — единственное, что он смог выдавить из себя.
Демон был уверен — лучший друг сейчас печально, тягостно улыбнулся. Не от издевки, скорее от личного торжества идиотской справедливости. Разумеется, лёгкое объяснение. Алеминрия ведь никак не могла узнать эти слова сама, брошенные в порывах иных разговоров. Она просто не могла слышать их. Эти его фразы, сказанные когда-то друзьям.
Миркелий вздохнул, спустился по ступенькам чуть ниже. Остановился рядом с ним.
— Ты сам этого хотел, разве нет? Свободы. Независимости. Власти. Ты ведь так желал оставаться самим собой. Поздравляю, остался.
— Какая разница, что я когда-то хотел? — Почти гаркнул Дамиан, срываясь на крик. — Ты понимаешь, что ты сделал?! Понимаешь, что она даже знать меня не хочет?!
Мир не ответил. Разумеется, знал. Им с Ринмеалем нелегко пришлось принять это решение.
— Я потерял её, — зло, с отчаянием процедил Дамиан. — Её нет, понимаешь?! Нет! Она же никогда… уже никогда не вернётся. Не поверит…
Преемник императора вынужденно равнодушно наклонил голову чуть вперёд, не без принятия поглядывая на товарища.
— Значит, такова была цена этой свободы. Рад, что заплатил?
Дамиан просто зажмурился. Он ничего не чувствовал. В данный момент вообще ничего. От желания рвать и метать ничего не осталось. Ярость тоже сошла на нет. Сущность внутри словно билась в агонии.
Минри больше не было рядом. Её просто не было. Она ушла, оставила его, исчезла в своей жизни, в которую так не пустила его.
Выбрала совсем другой путь. Отвергнув в последний раз.
И оставив после себя зияющую дыру.
Мужчина вдруг ненормально, как последний безумец, лающе рассмеялся.
Так смеются сумасшедшие, которым уже нечего терять.
Да на какую бездну ему теперь эта жизнь?
Рия легко провела по плоскому животу и округлым бёдрам, расправляя атласную ткань темно-синего цвета перед зеркалом. Сзади Альза умело закрутила передние локоны у её лица, небольшой заколкой закрепляя их на затылке. Открывшиеся высокие скулы моментально придали лицу более официальный образ, который и так подчёркивали фамильные сапфиры клана Вифарль.
Альза отстранилась, восхищённо окинула подругу взглядом сверху вниз. Это платье, из плотного обтягивающего атласа, открывающего мало — лишь ключицы, часть спины и запястья, сейчас выглядело роскошно. Облегало женственные формы, дразня шнуровкой у закрытой части спины.
— Это Дарла так шьёт? — полюбопытствовала рыжеволосая магианна. — Невероятно! Слушай, я все же отправлю свою девочку учиться к вашей семейной швее, это же надо так делать! Просто шикарно!
Рия улыбнулась. Настроения не было, однако девушка всеми силами его себе создавала.
— Ты тоже прекрасно выглядишь, — искренний комплимент её развевающему платью медного цвета. — Твой муж ещё не прибыл?
— Нет, наверное, будет вместе со всеми, — пробормотала Альза, поправляя напротив того же высокого зеркала свои украшения. — Кстати, он проболтался, что уже пришли приказы на новобранцев в Гвардию. И знаешь что? Нас с тобой Эллоус направил в одну команду! Представляешь? Это же замечательно, Рия, просто класс!
— А Сарена куда, не знаешь?
— Нет, но вряд ли он пропадёт, — весело заметила подруга, проводя рукой по ожерелью на шее. — А вообще… ой! Я брачный медальон забыла! Леандр явно не оценит такой свободы, погоди, я сейчас вернусь.
Посмеиваясь, девушка выскочила из комнаты подруги, быстро отравляясь к себе. Зато, пару раз для приличия стукнув, появился уже упомянутый Сарен. В придворном выглаженном чёрном костюме, с характерной для его стаи нашивкой, он смотрелся непривычно торжественно.
— Неплохо, — хмыкнул он, демонстративно оглядывая Рию. — А морально как?
Она лишь качнула головой, отводя взгляд. Тут необходимости держать лицо не было, можно было выдохнуть, расслабиться.
Ничего приятного за последние полдня.
— Кажется, моя жизнь рушится.
— Да у тебя это девиз недели, — шутливо отсалютовал ей вертольф. — Всё, забей. Ничего он не сделает. Ты сбросила оковы суровой постельной принадлежности, почему бы не отпраздновать сегодня ещё и эту победу?
— Сомнительное удовольствие.
В какой-то момент Сарен заметил, как опустила взгляд Рия вниз, на платье. Как отвела глаза, лишь бы не смотреть на него.
Эта непривычная мимика вызвала у него сомнения. Слишком уж по-девьчьи незащищенной выглядела она для той, кто умел держать лицо лучше всех.
