В доме уже готовились к ужину и к балу — музыканты настраивали инструменты, звуки эхом разносились по всем комнатам. А после ужина бальный зал заполнят гости, которые будут пить шампанское и танцевать всю ночь напролет…
Еще сегодня утром Мэдлин в радостном нетерпении ожидала своего первого бала, но теперь… Теперь все изменилось, и ей хотелось оказаться как можно дальше от этого дома.
— О, ну почему он появился здесь? — простонала Мэдлин, обращаясь к своему отражению в зеркале.
Усевшись за туалетный столик, она поправила прическу, чуть подкрасила губы, но пудриться не стала, хотя ее лоб и щеки были покрыты загаром. Долгие годы Мэдлин не могла позволить себе шляпу, поэтому лицо ее всегда открыто жаркому чарлстонскому солнцу.
В детстве она очень любила наряжаться вместе с мамой, но после ее смерти почти не заботилась о своей внешности и не обращала внимания на мужчин — во всяком случае, на тех мужчин, которые приходили к ее отцу.
И вот теперь появился Кейн. Он был даже хуже отцовских знакомых, потому что Мэдлин вдруг обнаружила, что не может противостоять ему. Более того, ее влекло к нему неудержимо, и она ничего не могла с этим поделать.
«Ты не должна ему уступать, — думала Мэдлин, глядя на свое отражение. — Ты должна быть сильной, сильнее его!!!»
Теперь она знала, что следует делать. И твердо решила осуществить задуманное.
— Ах вот ты где?! — воскликнула Оливия, вбегая в холл. — Мэдди, дорогая, а я уже начала беспокоиться о тебе.
— Мне просто нужна была минутка, чтобы… перевести дух, — ответила Мэдлин, расправляя юбки.
— Ты все-таки поговорила с Кейном? Он был груб с тобой?
— Я действительно говорила с ним, но он не был груб.
— Но я же вижу: что-то не так…
— Кейн настаивает, чтобы мы поженились.
— О, но это же чудесно! — обрадовалась Оливия.
— Нет, это совсем не чудесно. Я не хочу выходить за него замуж. Он настаивает только потому, что… Ну, потому что я рассказала тебе об этом.
— Нет-нет, — возразила Оливия. — Вовсе не поэтому. О, Мэдди, прости меня, пожалуйста, но я рассказала маме о том, что случилось между вами, потому что думала, она сможет что-то посоветовать. Я не ожидала, что она скажет об этом папе или Кейну. Ах что я наделала?
— Не терзайся, дорогая. Я совсем на тебя не сержусь. А твои родители… Они всего лишь пытаются помочь мне, я очень благодарна им за доброту. А вот Кейн прекрасно знает, что я не хочу выходить замуж, но все равно настаивает. Он невероятно упрям.
— Добрый вечер, дамы.
— Добрый вечер, миссис Монро, — ответила Оливия, когда мимо них проплыла элегантная женщина в персиковой накидке. Снова повернувшись к Мэдлин, Оливия шепотом спросила: — Что же ты собираешься делать?
— Поговорим об этом попозже. Не беспокойся за меня, дорогая, — добавила Мэдлин, похлопав подругу по руке. — Что ж, пойдем к гостям?
Подруги вошли в бальный зал уже заполненный гостями. Осмотревшись, девушки сразу же поняли, что серьезный разговор действительно придется отложить.
Гостей с каждой минутой становилось все больше — в зал то и дело входили красиво одетые кавалеры и дамы. Вдоль стен, украшенных обоями ручной работы, стояли стулья, а вокруг невысоких круглых столиков группировались удобные мягкие кресла. Стеклянные же двери были широко раскрыты, и в зал задувал прохладный вечерний ветерок, заставлявший трепетать пламя свечей и ламп.
Оливия подвела подругу к столу с закусками. Увидев тарелку с крошечными вишневыми пирожными, она попробовала одно, а другое предложила Мэдлин.
— Лучшая часть праздника только начинается, дорогая Мэдди. Я собираюсь танцевать, пока не заболят ноги.
— Добрый вечер, милые дамы. Поверьте, вы обе — самое яркое украшение этого зала.
Оливия поспешно доела пирожное, затем обернулась к своему жениху.
— Хью, ты тоже замечательно выглядишь! — воскликнула она, просияв.
— Благодарю, моя дорогая. Мэдлин, а вы любите танцевать? Я, например, не буду отдыхать ни минуты.
— Это очень мило с вашей стороны, Хью, — ответила Мэдлин.
Он улыбнулся ей и повернулся к Оливии.
— Дорогая, я собираюсь сделать сегодня чрезвычайно важное объявление. Я чувствую, что не смогу долго молчать… И наверное, я поговорю с твоим отцом. Ты не будешь возражать?
— Возражать? Господи, конечно, нет! Напротив, я буду ужасно рада. Скажи, Мэдди, а ты не думаешь, что Хью еще рано говорить с папой?
— Мне кажется, что вы и так ждали слишком долго. Зачем ждать дольше?
— Согласен, — кивнул Хью. — Оливия, милая, мне кажется, я уже не в силах ждать.
Она ласково улыбнулась ему.
— Тогда побыстрее поговори с папой. У меня предчувствие, что он нисколько не удивится. Полагаю, что он тоже этого ждет.
Хью наклонился и поцеловал руку невесты. Затем поклонился Мэдлин и отошел, пообещав вскоре вернуться за Оливией для первого танца.
